ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он пережил битвы. Переиграл царей. Но теперь ставка — сама эпоха. Артур Найденов, офицер ГРУ, застрявший в жестоком мире хеттов и хурритов, больше не беглец. Он — сила, с которой считаются. Его лагерь превратился в крепость, союзники — в армию, а имя — в легенду. Но древний мир не прощает возвышения чужаков.Когда жребий брошен и стены Митанни дрожат под натиском врагов, остаётся один вопрос: Можно ли спасти будущее, разорвав прошлое?

Я, Найденов Артур Владимирович, выпускник Военной Академии и действующий офицер спецназа ГРУ МО РФ был послан на Западную Украину с целью выявить и наложить метку на секретный объект. Задание выполнил, но во время уничтожения объекта, произошёл квантовый сдвиг, забросивший меня в далёкое прошлое, задолго до нашей эры. Со мной в прошлое попали несколько украинцев — девушка Ада, офицеры СБУ Данила и Андрий, археолог Саленко Виктор. Поняв, что выжить сможем только вместе, мы двинулись на юго-восток. Добрались до изолированной деревушки Халов на юго-западе территории Турции в моём старом времени.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пусть разведчики едут впереди, выбирая маршрут подальше от кустов, деревьев и высокой травы.

Неважно, кто оставил нам череп, и что хотел этим сказать. Я не собирался сворачивать с намеченной цели, даже если придётся пройти по трупам аборигенов. Целый день мы шли вперёд, соблюдая предосторожности. Лишь перед самым привалом наткнулись на такой же знак: череп, привязанный полосками шкуры к палке.

— Это было предупреждение, они расставили их по периметру своих владений, — уверенно заявил археолог. — такое практикуется многими племенами Южной Америки или в Папуа Новой Гвинее.

— Наплевать, Шулим, организуй дозоры. Ещё пара дней, и мы у цели, — я нутром чувствовал приближение к великой реке Дон, где организую первое русское поселение. Не мог объяснить своих ощущений, но каждой клеткой своего тела ощущал что-то родное и близкое, смотря на северо-запад.

Глава 26

Земля неизвестного населения с черепами, вместо табличек с указанием населённого пункта, осталась позади. Было утро третьего дня с момента, как мы покинули негостеприимные земли, когда до моего уха донёсся знакомый по прежней жизни крик.

— Это чайка? — Высунулась из повозки Ада.

Высоко в небе парила белоснежная птица, издавая пронзительный крик: сомнений быть не могло, мы слышали чайку.

— Чайка, мы рядом с морем, — не в силах сдержать нетерпение, пришпорил коня. Чтобы быстрее добраться до вершины холма. Шулим с парой воинов устремились за мной, не понимая в чём дело. До вершины холма добрался за минуту, резко осадил лошадь, вдыхая свежий солёный воздух моря. Морская синева уходила за горизонт, от вершины до воды было не больше двух километров.

— Это море? — Саленко тоже увязался за нами.

— Азовское, — уточнил я на вопрос украинца, — это вы не копали.

— Арт, ну хватит, — обиженно протянул археолог, — мы давно все стали одним народом, нет здесь врагов.

— Шучу я, расслабься. Теперь надо понять, как далеко мы до Дона. Надеюсь, что очень близко.

Шулим и хурриты не вмешивались в беседу на русском языке. Командир хорошо понимал язык, но говорил ещё плохо. Воины тоже знали некоторые слова, но между собой мы общались на их языке.

— Пойдём на север вдоль береговой линии, надо проверить нет ли заболоченных низин вдоль берега, чтобы держаться на безопасном расстоянии.

Когда караван достиг вершины холма, дал людям минут десять, чтобы насладиться морским видом.

— Арт, мы дошли, — Ада соскочила с повозки и бросилась мне на шею.

— Почти дошли, нам нужна пресная вода, для этого надо дойти до реки.

— Главное мы дошли до моря, а река никуда не денется, — Ада вдохнула полной грудью, — какой чистый воздух, даже пьянит.

Люди, сгрудившиеся вокруг нас, также бурно выражали свой восторг. Из всего моего каравана только несколько человек раньше видели море.