ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Покушение, интриги и самое главное, не слишком понятно, кому же мог помешать молодой император. А проблемы нарастают, как снежный ком, и их нужно решать, потому что от этого зависит не только будущее страны, но и собственная жизнь, а табакерка в кармане не даёт об этом забыть и расслабиться.

Подпоручик Андрей Глинский вышел из дома Петра Толстого на крыльцо и глубоко вдохнул колючий морозный воздух. В комнате, где проходило собрание офицерского кружка, было накурено так, что он даже несколько раз закашлялся. Но это позволило сказаться ему больным и уйти с собрания пораньше. Всё равно ничего важного больше никто не скажет, так что он ничего не пропустит. Как ни странно, но тот арест, когда господ офицеров повязали полицейские вместе с бандитами, повысил реноме Глинского. Ну а как же, его больше всех в допросную таскали, всё пытались что-то выспросить…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Закололи грабители прямо посреди улицы, представляете?

— Какой кошмар, — протянул я. — И это в благополучной Вене на улицах творится такая дикость? Хорошо, что Александра приняла решение покинуть эту варварскую страну, — добавил я, не скрывая ерничества. Чем этот Шульмейстер был знаменит?

— В основном подкупами. У него получалось весьма виртуозно подкупать нужных Наполеону людей, включая высших офицеров в армиях противников корсиканца, — ответил Макаров с явным удовольствием. — Получается, что именно он сумел подкупить повара, отравившего Питта. Но так нелепо погибнуть, — он покачал головой. — Вот что значит судьба.

— А почему мы этим не занимаемся, Александр Семёнович? Я имею в виду подкуп нужных нам лиц? — спросил я, разглядывая Макарова. — Уже абсолютно все вокруг нас сумели доказать, что продаются все. Даже такие кажущиеся принципиальными люди, как Пален. Нужно будет выделить в вашем финансировании специальный фонд для неких милых подарков нашим будущим лучшим друзьям. И не говорите мне, что мы этого не делали, потому что у нас своего Шульмейстера нет. Ни за что не поверю, что земля русская оскудела на различные таланты, даже такие сомнительные. Кстати, зачем французы всё-таки отравили Питта? — спросил я на этот раз у Строганова.

— Англичане не хотели отдавать Мальту, Франции, хотя по договору обязаны были это сделать, — ответил Павел, практически не задумываясь.

— А вот сейчас герцог Портлендский им её отдаст, так что ли? — я скептически хмыкнул. — Нет, Паша, здесь что-то другое. Знать бы ещё что именно. Кстати, англичане как-то связаны с Барятинским, или это всё-таки два разных заговора?

— По всему выходит, что два, — Макаров захлопнул папку. — Наши придурки сами решились в заговорщиков поиграться.

— И я даже не знаю, хорошо это или плохо, — покачав головой, я поднялся из кресла. — Пожалуй, хватит на сегодня.

Макаров со Строгановым намёк поняли и быстро вымелись из кабинета. Я же ещё раз посмотрел на список. Идиоты! И что мне с ними делать? Ладно, дождёмся их действий, чтобы точно знать, что же они замышляют, а там уж суд вынесет решение. Но одно я знаю точно, больше никаких поблажек никому не будет. Хватит, поиграли в либерализм и будет.

С этими мыслями я вышел из кабинета. Обещал Лизе сегодняшний вечер провести с ней целиком и полностью, и намерен был сдержать своё обещание.

Глава 17

Карета въехала на большое подворье и остановилась. К ней подбежал молодой офицер, придерживающий на бегу саблю, и открыл дверь.

— Ваше высочество, добро пожаловать домой, — проговорил он скороговоркой, протягивая руку, чтобы помочь Александре выйти.

— Кто вы? — устало спросила Александра Павловна, принимая тем не менее его помощь.