— Михаил Михайлович, вот уж не думал, что смогу встретить вас вот так в салоне. Вы же давно снискали себе славу этакого затворника, — Сперанский повернулся к подошедшему к нему Барятинскому и натянуто улыбнулся.
— Неужели Алексей Андреевич отпустил офицеров, чтобы те могли немного отдохнуть в приятном обществе? — протянул Михаил, разглядывая Барятинского, выглядевшего более раздражённым, чем обычно.
— Граф Аракчеев совсем с ума сошёл с этими манёврами, — проворчал Барятинский. — Ну зачем это делать? Изображать войну на улице… А взятие дворца, стоящего в городской черте?
— Дайте подумать, — Сперанский нахмурился, а потом выпалил: — А не для того, чтобы уметь брать такие вот дворцы и воевать на узких улицах?
— Не говорите глупостей, Михаил Михайлович, — Барятинский поморщился. — Ну кто в наше время в здравом уме воюет в городе? Лучше скажите, это правда, что его величество хочет лично наблюдать за ходом манёвров прямо из Лефортовского дворца?
— Да, правда, — Михаил почувствовал, как внутри всё заледенело, когда князь задал этот вопрос. Но Макаров его предупреждал, что могут спросить, и что он должен на него ответить. — Он собирается с Розиным и Лебедевым наблюдать за ходом сражения из кабинета Петра Великого. Там из окна как раз всё прекрасно видно.
— А нам сказали, что он будет в спальне Петра Алексеевича победителей ждать, — задумчиво проговорил Барятинский.
— Я не знаю, кто и что вам говорил, Пётр Николаевич, но в бумагах Скворцова стоит кабинет, — развёл руками Сперанский.
— А вас, я погляжу, так и не простили до конца, — Барятинский позволил себе улыбнуться.
— Я сейчас здесь, разговариваю с вами, Пётр Николаевич, вместо того чтобы с расписанием его величества на следующий день разбираться, — Сперанскому очень хорошо удалось передать досаду. — Всех разговоров у нас с государем — это о лицее. Я так понимаю, Александр Павлович хочет такой вот своеобразный подарок её величеству сделать.
— Он ещё не утвердил список преподавателей? — князь прищурился.
— Его величество не будет его утверждать, зачем ему это может понадобиться? — Михаил даже удивился подобному предположению. — Нет, его величество должен утвердить начальника лицея, а вот уже на его плечи упадёт забота о преподавателях.
— Но вы же можете кого-то порекомендовать этому начальнику? — Барятинский не сводил со Сперанского напряжённого взгляда.
— Разумеется, — кивнул Михаил. — Этот лицей можно с уверенностью назвать моим детищем, так что да, я могу давать такие рекомендации.
— В таком случае, не могли бы вы рассмотреть некоторые кандидатуры, к которым я вам советую присмотреться? Это действительно хорошие преподаватели, зарекомендовавшие себя с весьма положительной стороны.






