ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вчера я был мастером ушу, умиравшим от рака в зале на прощальной тренировке. Сегодня я — Огрызок, пятнадцатилетний бродяга в мире, где небо затянуто угольным дымом, а за гигантскими стенами воют твари. У меня нет денег, мои кости ломит от холода, а местная банда считает меня добычей. Но у них нет того, что есть у меня: знаний старого наставника и странной системы, которая платит за каждого спасенного пацана. Что ж, начнем урок. Первый вдох... пошел!

Игорь Ан, Ярослав Мечников Путь Наставника В зале пахло старым лакированным деревом, которым были обшиты стены, и древним линолеумом. Этот запах создавал странную атмосферу спокойствия и уюта. В новом здании ДЮСШ давно сменили напольное покрытие, а у нас… кому нужны муниципальные секции для трудных подростков? Я стоял у входа, опираясь плечом о дверной косяк, и смотрел на пустой зал. Голые стены, покрытые едва заметным чёрным налётом угольной пыли, маты в углу, стойка с гунями у окна. Давно мы не тренировались с шестами. Нет, это сложное занятие, а мне хотелось уделить больше внимания ученикам.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но все они были одеты странно: длинные пальто, высокие шапки, женщины в юбках и платках. Среди них мелькали фигуры в чём-то похожем на военную форму чёрного цвета.

И вдруг мостки подо мной задрожали.

Я посмотрел в одну сторону — ничего. В другую…

По краю мостков ко мне нёсся мальчишка в рваной куртке, грязный, со взлохмаченными волосами, и орал что-то, размахивая руками.

Я сделал шаг в сторону, намереваясь пропустить бегущего. Но он пёр прямо на меня, а подбегая, заорал:

— Огрызок! Валим!

Лицо, перепачканное сажей, перекосило от страха. Глаза бешеные, едва не выскакивали из орбит.

— Валим, валим! Чёрные на хвосте! Быстрее, Огрызок!

Я ещё успел обернуться и убедиться, что позади никого, и этот крик предназначен мне.

— Кто… — начал я, но парень уже схватил меня за рукав, потащил за собой, едва не уронив.

— Бегом! — шипел он. — Ты совсем сдурел? Хочешь в артель?

Я не понимал, о чём он говорит. Но в его голосе было столько настоящего, животного ужаса, что я последовал за ним, освободившись от хватки. Пальцы, вцепившиеся в меня, были такими же грязными, как и мои собственные.

Ноги сами понесли меня следом за пацаном. Я перескакивал с доски на доску, и каждая трещала и скрипела подо мной, норовя сломаться. Прямо под нами проносились полыньи, протаявшие во льду от стоков. Оттуда воняло помоями, и виднелась чёрная бурлящая от быстрого течения вода.

— Сюда!

Пацан нёсся к развилке деревянных мостков, где одни уходили дальше, а вторые вели к берегу. Там виднелись сходни.

— Там нас не достанут…

Он недоговорил. Доска под его ногой хрустнула, проломилась, и пацан с криком рухнул вниз, в тёмную воду. Скрылся с головой и тут же вынырнул. Следом в воду упали два обломка доски.

— А-а! — заорал он барахтаясь. — Огрызок! Тону! Спаси!

Мощное течение подхватило хилое тельце и потянуло к краю полыньи. Ещё несколько секунд, и его затянет под лёд — верная смерть.

Я должен был действовать.

— Хватай доски! — заорал я, и голос тут же сорвался, захрипел.

Но пацан меня расслышал.

Обезумевший от страха, он повиновался. Его уже подтягивало к краю.

— Доски на лёд, и держись изо всех сил. Я сейчас!

Я упал на мостки животом, попробовал дотянуться. Нет. Рукой не достать. Если спрыгнуть на лёд — сам запросто окажусь в воде, и тогда оба утонем.

Доски!

Я схватился за край настила мостков, потянул, стараясь отодрать доску пошире. Не поддалась. Другую. Снова. Сил мало. На третьей и четвёртой мне повезло.

Пацан уже захлёбывался. Его голова торчала над поверхностью, но течение заливало грязную ледяную воду ему в рот. Пацан отчаянно вцепился в обломки досок, опирающихся на самую кромку льда и с ужасом смотрел на меня огромными карими глазами.

Доски пока держали, но я видел, что замёрзшие пальцы вот-вот готовы соскользнуть.

«Спокойно.