— Теперь хотя бы дошло?
— Вообще не понимаю, — развел руками и при этом уже стоял на берегу и обувался, потому что вылез из воды с минуту назад, пока Эдвин увлекся демонстрацией. — Покажешь как надо?
— Да вот так!
Еще один пучок отошел, за ним следующий, и вскоре одно из бревен полностью освободилось. Всего минут десять, я сижу сухой на берегу и наматываю состриженные волоски на палочки, а Эдвин стоит по пояс в воде и орет.
Надо отдать должное, то что я шучу и все давно понял, он осознал почти сразу, еще на втором «покажи», но останавливаться не стал. То ли потому что ему жалко было смотреть на мою варварскую стрижку, то ли просто потому что травник, и для него эта тварь не материал, а живое существо, к которому нужен определенный подход.
Потом Эдвин и вовсе скинул с себя халат, бросил его на берег и забрался к пиявке, не обращая внимания на присоски, которые облепили ему руки и плечи. Отцепил волосянку от второго бревна, взял ее обеими руками за корпус и посадил ровно в центр пруда, где глубже всего. Тварь булькнула, втянула корешки в грунт и затихла, и только короткие волоски торчали из воды в разные стороны.
— Кормить два раза в день, — буркнул Эдвин, выбираясь на берег. — Рыба, потроха, любая падаль, чем тухлее тем лучше. А чем лучше кормишь, тем быстрее волоски отрастают.
— А если надо длиннее?
— Просто бери, подцепляй и все время держи внатяжку, — Эдвин натянул мокрый обратно и поморщился. — Она не сможет вечно утягивать их на себя, тем более с постоянным усилием. Если натяжку не отпускать сутками напролет, волоски устанут сопротивляться и начнут отрастать дальше, деваться ей все равно некуда.
Откуда он знает столько про волосянок, Эдвин рассказывать не стал, выругался в очередной раз, бросил на меня взгляд в котором презрение мешалось с чем-то отдаленно напоминающим одобрение, и ушел, хлюпая мокрыми сапогами по траве.
Посмотрел на небо, кругом звезды, полная луна проглядывает меж облаков, и из леса тянет холодом, от которого кожа покрывается мурашками даже через рубаху. В мастерской Ольда уже тихо, молотки замолкли, и кузня тоже молчит, видимо все угомонились. Ну ладно, веревки тоже крайне важны, на них есть еще планов на целую книгу, но на сегодня хватит. Завтра доделаем и баллисту, и ворота, и все у нас будет хорошо, или хотя бы не хуже, чем вчера.
Вернулся домой, посмотрел на основание печки, на сложенные рядом кирпичи и корыто с подсохшим раствором. Рект с Улем, несмотря на поздний час, сидели у стены и о чем-то негромко переговаривались, подтянув колени к груди, все-таки спать холодно, а заняться нечем.
— Ну что, давайте хоть печку закончим?
Глава 11
Проснулся от того, что в комнате было тепло, и это ощущение настолько непривычное, что я секунд пять лежал с открытыми глазами и пытался понять, где нахожусь.






