— Ну а теперь кто-то должен побрить волосянку, — развел я руками и обвел взглядом присутствующих. — Желающие есть?
В ответ, ожидаемо, тишина… Ну, это если не считать бултыхания волосянки, которая плескалась в своем новом водоеме и явно не разделяла нашего энтузиазма по поводу переезда. Растянутая между двумя бревнами-катушками, она шевелила присосками и то и дело дергала намотанные жгуты, проверяя, нельзя ли как-нибудь выбраться.
Кстати говоря, на обоих бревнах намотаны приличные мотки волос, добыча действительно серьезная. Но также остались и свободные концы покороче, хотя возможно короткие они только с виду, а на деле каждый возьмет, и спокойно вытянется метров на десять, просто сейчас втянуты и выглядят безобидно.
Вскрыть бы ее, конечно, изучить устройство поподробнее, а то сколько мы с ней возимся, а до сих пор понятия не имеем, что у нее внутри и как все это работает. Может присоски получится отделить и использовать отдельно, допустим, как лебедку. Кто знает, вдруг они и без основного тела способны функционировать? Но это потом, сейчас главное не угробить единственную живую волосянку, которая у нас есть.
Пока все стояли и молча решали, кому повезет лезть в воду, я присел на берегу и занялся делом попроще. Отдельные волоски то и дело выползали на сушу, цеплялись за траву и камни, и я подбирал их по одному, брал палочку и наматывал. Зацепится какой-нибудь за ногу, вытягиваешь, мотаешь, откладываешь, берешь следующий. Работа тупая и монотонная, но каждый моточек — это часть будущей веревки, которая обязательно пойдет потом в дело.
Так как прудик выкопали у реки, то есть за пределами деревни, внутри стен нам бы такого ни за что не позволили, народу собралось немного, в основном работяги из тех, кто сегодня закончил пораньше. Даже Хорг пришел, а он в последние дни не отходил от стройки ни на шаг, и если уж явился сюда, значит действительно закончили. Подумать только, частокол почти замкнулся, стена вокруг деревни будет вот-вот готова! Две недели назад это казалось невозможным, а теперь вот, стоит.
Правда уже вечер, работы по всей деревне сворачиваются и темнеет заметно быстрее, чем хотелось бы, так что стоять и любоваться на возящуюся в пруду тварь времени нет.
— Ты давай, с этой дрянью сегодня разберись, — пробасил Хорг, глядя на волосянку без малейшего интереса. — Завтра ворота южные делать будем, надо решить что и куда. Понял?
— Ну да, сейчас только подстрижем, и…
Пока я говорил, Хорг уже развернулся и пошел обратно. Ему хватило «ну да», и все, дальнейшая информация его не интересовала. Видно устал мужик за эти две недели, и немудрено, потому что он не просто командовал бригадой, а участвовал во всех этапах лично, таскал бревна наравне с работягами и лез туда, куда нормальный прораб подмастерье бы отправил.






