— Мы его оставили дома, в сарае, в безопасности! Давай я ему молока налью? Хлеба оставлю, воды? А⁈
— Но…
— Зоська, — уже более строго начал я. — Поверь, там он в безопасности. Ему там будет гораздо лучше, чем среди людей непонятно где! Он хищник по своей природе, поверь, сможет прожить!
(Уважаемые читатели, главный герой специально так говорит, чтобы убедить сестру. Поверьте, с котом всё будет хорошо. Об этом, вы узнаете в следующих главах.)
— Но… он будет скучать…
Да какой там… я понимал, что её срочно нужно переубедить. Да, соврать, но переубедить.
— Конечно, будет, и мы будем по нему скучать! Но здесь он сможет жить, а там, на вокзале, — мы его потеряем. Поверь мне, Зоська! Я не вру!
Она шмыгнула носом, перевела взгляд на деда, ища поддержки. Но дед молчал, глядя куда-то в сторону. Он был взрослый, понимал, что я прав.
— Хорошо, — выдавила она наконец. — Но ты… ты нальёшь воды?
Фух, получилось…
— Конечно! — я чмокнул её в лоб. — Вот прямо сейчас и налью!
Я выпрямился и посмотрел на Фёдора. Тот встретился со мной взглядом и понял, что я от него не отстал:
— Теперь ружьё, дед.
— Не отдам! — он аж лицо скривил.
Вот тебе и раз? Два?
— Дедуль, — я попытался помягче. — Ну я же не прошу тебя его отдать. Мы можем сделать правильнее: например, спрятать его! Спрятать, как ресурс! Он и чужим не достанется, и врагу не достанется! И мы не потеряем! — я начал говорить быстрее, но чеканя каждое слово. — Ты машинист, ты нужен в тылу, понимаешь⁈ Но если тебя пристрелят на улице из-за этого ствола, то с нами-то что будет? А⁈
— Я не…
— Дед, — я начал говорить более настойчивым тоном. — Давай спрячем его, а? Под половицу, за печь, в сарай, под дрова — да куда хочешь! И когда мы вернёмся за ружьём, оно будет нас ждать! Но сейчас… мы можем погибнуть все из-за него!
Он молчал, думал, прикидывал риски и явно был недоволен тем, что я оказался прав. Я даже обратил внимание на его реакцию: он нервно сглатывал, сжимал и разжимал пальцы…
Дед выдержал паузу глядя в мои глаза, и наконец сдался! Он медленно снял мешок с плеча, вытащил свою берданку, покрутил её в руках и коротко кивнул.
— В сарай, — буркнул он. — Под досками спрячу, где крыса не возьмёт.
Мы вернулись во двор. Я нашёл миску, налил воды из ведра, раскрошил кусок хлеба на пол и положил кусочек сала. Зося стояла в дверях сарая и контролировала процесс. Когда дед запихивал ружьё и промасленную тряпку с патронами в щель под полом.
Котёнок же сидел на бревне и недоумённо моргал, не понимая, почему эти трое так странно на него смотрят.
Когда я закончил все приготовления, пододвинул миску к бревну и сказал Зоське:
— Иди, погладь.
Она подбежала, обняла котёнка на секунду, уткнулась носом в его шерсть.
— Я вернусь, — прошептала она так, что даже я слышал. — Слышишь? Стас обещал.






