Чтобы не оставить за спиной вопрос, который потом мог стоить нам жизни.
— Не знаю! — заверещал фриц.
Я нажал на спусковой крючок. Пуля вошла точно над переносицей. Голова немца дёрнулась назад, ударившись о бревно, и тело обмякло.
Всё. Внутри не было ничего. Ни радости, ни раскаяния.
Я убрал пистолет в кобуру. Легче не стало. Хуже тоже. Просто ещё одна тяжесть легла туда, где уже лежали Коля, Тимох, Алесь и все, кого я не вытащил.
Я повернулся и пошёл к дому.
— Зыков! — позвал я. — Сколько у нас патронов и что осталось к MG?
— С этим, — старшина кивнул на трупы, — двести пятьдесят к пулемёту, и рассыпуха по карманам. Две гранаты у Митяя, одна у тебя, две «колотушки» у Сидорова. По трофеям сейчас досчитаю.
— Досчитай быстро. Берём патроны, документы, еду, бинты, всё лёгкое. Лишнее железо портим. Через десять минут уходим за колонной.
Зыков кивнул. Сидоров молча пошёл к подсумкам. Митяй скривился, но тоже нагнулся над ближайшим фрицем. Работал зло, быстро: срывал подсумки, бросал их к крыльцу так, что патроны рассыпались по доскам, будто мстил уже не немцам, а самому приказу ждать. Лёва стоял бледный, держась за стену, и пытался не смотреть на Вебера.
Время нашим мы дали. Если Ганна уже увела людей, мы ещё успевали догнать хвост, забрать слабых и раствориться в лесах до полудня.
Именно в этот миг из-за угла хаты выбежал запыхавшийся Чук.
«Какого хрена он здесь?»
— Стас! — он чуть не влетел в меня. — Там… колонна…
— Что колонна? — я схватил его за плечи. — Говори толком!
— Даша сказала… — Чук глотал воздух. — Дословно сказала: Вера рожает. Гать лопнула. Колонна встала. Она делит людей. Ганна ведёт ходячих дальше, а Даша остаётся с Верой и теми, кто не может идти. Нужна помощь.
Он сглотнул, мотнул головой и добавил уже от себя:
— Только там люди уже… не держатся. Ругаются. Кто-то хотел уходить сам. Может, уже ушли.
Я закрыл глаза. Секунду стоял, пытаясь собрать мысли в кулак. Не отошёл ещё… от всего произошедшего, но думать пришлось сразу.
До этого всё было просто. Не легко, но понятно: забрать трофеи, вывезти стариков, догнать хвост колонны и раствориться в лесах, пока Фогель ещё ждёт связного.
Теперь этот план сдох.
Если мы сейчас просто побежим навстречу колонне, от немцев её это не спасёт. Через несколько часов Фогель выйдет на хутор, поймёт, что Вебер никуда не вышел, возьмёт след и пойдёт по болоту.
И тогда он догонит баб, детей и Дашу.
«Да твою же мать», — мысленно протянул я.
Нужно выиграть время. Чем больше, тем лучше.
— Зыков! — позвал я. — Все сюда!
Старшина вышел из-за дома, за ним Митяй, Сидоров и Лёва. Архип остался у межи, не сводя глаз с дороги.
— Вот что, — я обвёл их взглядом. — Колонна встала. Даша делит людей. Ганна ведёт ходячих дальше, а Даша остаётся с Верой и теми, кто не может идти.






