Рохелио набрал номер телефона Менди-санбалей и попросил Розу.
Услышав ответ, он побледнел.
— Как?!.. Где ее госпитализировали?!
Через полчаса он был в больнице «Скорой помощи».
— Очень плоха, — сказал Роке, увидев его.
— Она просит сообщить Рикардо, что у нее будет ребенок, — рыдая, проговорила Паулетта.
— Рикардо навсегда улетает из Мексики! — в отчаянье крикнул Рохелио.
И он выбежал из больницы, надеясь на то, что, может быть, чудо поможет ему и он успеет остановить брата.
Леопольдина послушно брела за Дульсиной, с ужасом глядя на канистру, которую та с трудом тащила по лестнице.
— Все ушли? — спросила Дульсина.
— Кроме нас, — еле слышно отозвалась старшая служанка, может быть впервые в жизни оплошавшая и проглядевшая притаившегося у дверей Руфино.
— Я хочу признаться тебе! — Дульсина остановилась и поставила канистру, отдыхая. — Это я убила Федерико Роблеса.
— Я знала это! — воскликнула Леопольдина. Руфино, который обмер от этого признания, тихой тенью скользнул к выходу.
— Я подозревала, что ты знаешь. Ты всегда была верна мне, моя Леопольдина. Ты — собственность Линаресов. И ты должна умереть вместе с Линаресами, вместе со мной, вместе с нашим домом!
Леопольдина попятилась:
— Выпустите меня отсюда. Вы сошли с ума! Если вы подожжете дом, мы сгорим!
— Ну и что? — крикнула Дульсина. — А что нас ждет? Унижения? Рано или поздно — тюрьма? Ты знаешь, что такое тюрьма, Леопольдина? Я знаю. И я выбираю смерть!
— Но я не хочу умирать! Не хочу! — Крик ее был заглушён громовым голосом, донесшимся снаружи.
Это агент Роча в мегафон обращался к находящимся в доме:
— Дом окружен! Выходите с поднятыми руками! Иначе мы выломаем дверь!
Из-за двери доносился вой пожарных сирен. Руфино успел вызвать пожарников.
В доме между тем завязалась отчаянная драка. Леопольдина, пытаясь отнять у Дульсины ключ и прорваться к запертой двери, схватила кухонный нож. Дульсина вырвала его. Оказалось, что у нее есть при себе и пистолет, тот самый, с помощью которого она отобрала когда-то ножницы у сестры.
Леопольдина в отчаянии схватила бутылку с кислотой и, вырвав пробку, плеснула кислоту в лицо своей хозяйки.
В ту же секунду раздался выстрел. Леопольдина повалилась на пол. А внизу уже гремели стекла разбиваемых окон, трещала дверь, выли сирены.
Наконец в образовавшийся дверной проем в обитель Линаресов вбежал агент Роча, сопровождаемый полицейскими.
— Успел! Успел! — кричал Рикардо, обнимая неподвижное тело Розы и видя, что она открыла глаза.
— Спасибо, Девонька Гвадалупе, — прошептала Роза. — Пришел… Успел…
Он смотрел на нее глазами, полными любви и ужаса.
— Хочу признаться тебе… у меня будет ребенок…
— Я знаю, — прошептал он.
Она вдруг сделала попытку улыбнуться:
— Рохелио… предал меня… Он слушал ее трудный шепот.






