— Документы? Зачем они вам? Чего найти-то хотите, госпожа? У Арсеньюшки все всегда тютелька в тютельку! — зачастила, облизнув губы, вдова. Затем присмотрелась ко мне и с изумлением выдохнула: — Вот те на! Да ты ж никакая не «ваша светлость», а Машка Иванова! Юродивая! — Баба воинственно поправила платок и подбоченилась. — А ну-кась, хватит уважаемым людям мозги пудрить! Решила, что не вспомним тебя⁈ Идиотка, как есть идиотка! — она презрительно хохотнула и «доверительно» обратилась к Александру: — Господин инквизитор, ошибочка у вас. Эта девка — самозванка. Уж не знаю, что наплела она вам, но нет у нее никаких правов тут командовать. Машка Иванова была и есть простолюдинка, и с головой у нее с детства проблемы сурьезные. А земли-то, почитай, уж как восемнадцать лет имперские. Неужто не знаете? Да и не по закону это — осмотры тут всякие проводить без человека-то государева!
А не чересчур ли осведомленная и хваткая эта тетенька? Решила сменить почившего супруга на хлебной должности?
Концерт тем временем набирал обороты. Алевтина, приободренная нашим с Алексом молчанием, обернулась к хуторянам.
— Люди честные, чего молчите-то⁈ Арсений мой столько добра для вас сделал!
— Все так! — выкрикнула какая-то женщина.
— Правду Алевтина говорит!
— Мы тут сызмальства живем, а Машка — пришлая и полоумная! За балкой с мамкой жила!
— Ишь чего удумала! Не посмотрю, что больная, щас сам тебя выпорю!
Толпа загудела, угрожающе зашевелилась. Страх хуторян перед инквизицией сменился на желание немедленно наказать виновного в их испуге. Меня.
— Через две минуты они замолчат, — шепнул Алекс на ухо, — и можешь говорить. Как представишься, подними правую руку.
Зачем? Что это даст?
Неуместные вопросы едва не сорвались с языка, но я сдержалась. Мысленно чертыхнувшись, кивнула и приглушила эмпатию до самого минимума. Чувствовать, с каким единодушием стремится тебя линчевать куча народа, — то еще удовольствие.
Злые голоса становились громче, люди подходили к нам с Алексом ближе и ближе. Показалось, что все, кто прежде находился на улице, теперь набились во двор. В такой ситуации, по логике, я обязана была занервничать. Но нет, в моем эмоциональном поле царил все тот же штиль. Я не просто верила, я знала: пока Алекс рядом, с моей головы не упадет ни один волос.
Необычное, но, что уж там, сладкое ощущение.
Сухая автоматная очередь разрезала воздух, заставив толпу замолкнуть и в панике отшатнуться. Я посмотрела на воина, сделавшего предупредительный выстрел. Тот держал автомат у плеча, стволом вверх, наглядно давая понять хуторянам, что им пора бы утихомириться. И вот никакой магии, а доходчиво.
— Жители хутора Большой Лог! — заговорила я, и мой голос беспрепятственно добрался до края притихшей толпы.






