ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человечество достигло апогея своего развития! Научившись создавать червоточины, люди, наконец, вышли из своей колыбели. Далекие галактики и неизведанные экзопланеты теперь, как никогда, доступны человеку! На финальном отрезке полета экипаж межзвездного крейсера «Магеллан» экстренно разбужен корабельным ЦУП-ом. Поводом послужило экстренное сообщение с Земли о глобальной катастрофе. В конституции Земли основным положением является приоритет проблем материнской планеты над всеми остальными задачами. До места назначения Магеллан так и не добрался. Экипажем принято вынужденное решение экстренно прервать экспедицию и вернуться на Землю. Отныне будущее всей человеческой расы в руках экипажа межзвездного крейсера «Магеллан». Задача — спасти родную планету. Вопрос только в одном — от чего именно её придётся спасать?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вы даже представить себе не можете, насколько оно странное! — выкрикнул Ковалев откуда-то из глубины прорытого им тоннеля.

Мы все подошли к нему и уставились на то, что можно было считать носом корабля. На борту красовалась надпись — надпись на том самом непонятном языке «небесных людей».

— Быть этого не может! — с отчаянием выкрикнула девушка.

— Ну, тут одно из двух, — флегматично заметил Козырев. — Либо ваш любимый — перебежчик и теперь сотрудничает с «небесными людьми», либо его вообще нет на корабле, а сигнал в космос посылает кто-то другой. Вы же его так и не расшифровали.

— Не будем делать преждевременных выводов. Нужно проникнуть внутрь и все проверить, — предложил Ковалев.

Мария с готовностью закивала.

Очевидно, как и в случае с объектом «небесных людей» в пустоши, этот корабль был заброшен. На это указывало все. Севшее на мель судно было погребено под тоннами льда и снега. Нас никто не встречал. Кроме закодированного сигнала, периодически транслировавшегося в пространство, эта груда железа никак себя не проявляла. Ни активации вооружения, ни предупредительных выстрелов, ни попыток связаться или ответить на наши позывные.

— Интересно, а судно специально посадили на мель или у них случилась авария? — вслух спросил Козырев.

Ему ответил доктор Боровский:

— Вполне возможно, этот корабль потерял ход из-за поломки или был поврежден. Затем он намертво застрял во льдах и дрейфовал вместе с ледником до тех пор, пока ледник не наполз на сушу.

— А разве такой путь не должен был занять сотни лет? — удивилась Мария.

— Должен, — коротко ответил геолог. — Очевидно, я заблуждаюсь.

Вход мы искали недолго. Вооружившись логикой, мы предположили, что, раз перед нами корабль, пусть даже и не нашей постройки, он должен иметь органы управления. Нам нужно было отыскать рубку, а для этого подняться на палубу.

Ковалев с Козыревым лихо соорудили своими манипуляторами некое подобие лестницы наверх. Поднявшись, мы вновь оказались на открытом пространстве. Палубу занесло лишь по пояс, но и этого было достаточно, чтобы по максимуму осложнить нам путь. Еще минут десять ушло на прокладывание дороги к центру корабля, где мы предполагали обнаружить капитанскую рубку или хотя бы вход во внутренние отсеки.

Логика нас не подвела. Уже на палубе наш геолог воспользовался своим зондом и ему удалось выяснить точные размеры корабля и его конфигурацию. Мы вновь убедились в том, что эти «небесные люди» если и ушли от нас вперед в развитии технологий, то не очень далеко. Корабли, во всяком случае, они строили похожими на наши. Нос, корма, палуба, рубка, вооружение — все было спроектировано по тем же принципам, что и на наших кораблях.