— Сканеры не видят никакой органики, но им доверять не стоит, — ответил Козырев, ковыряясь в настройках своего радара. — Судя по всему, внутренние переборки этой жестянки из того же сплава, что и корпус. Никакой диапазон не берет.
— А если найти силовой кабель и прозвонить весь корабль? Цепи-то у него связаны должны быть, — предложил с «Ермака» Чак Ноллан.
— Не знаю, хватит ли у меня энергии, чтобы запитать такую махину, — неуверенно ответил Козырев, доставая сканер.
— Возможно, иного выбора у нас нет, — сказал Ковалев. — Давай, Серега, ищи для нас карту корабля или хотя бы карту электрических цепей. Уже по ним мы худо-бедно сможем сориентироваться. А в идеале нужно бы разобраться с электрикой и включить свет.
— А вы? — насторожился десантник.
— Ну не сидеть же у тебя в няньках, — ответил Ковалев, — пойдем потихоньку вперед. Посмотрим, что да как.
— Ни в чем себе не отказывайте, а я тут и один справлюсь, — пробубнил Козырев и уселся возле какого-то щитка, доставая инструмент. — Только связи все равно не будет, тут через переборки не пробивает.
Ковалев кивнул десантнику:
— Закончишь, возвращайся на «Ермак» и жди нас. Спасательную операцию предпринять, только если мы не выйдем на связь через час.
Козырев кивнул и продолжил свою работу, а мы пошли дальше, выбрав одно из направлений. Делиться на группы не стали, поскольку устав не рекомендовал в подобных ситуациях разбивать и без того малочисленную команду.
Через пятнадцать метров коридор вильнул влево почти под прямым углом, и мы увидели нечто напоминающее земной траволатор, круто уходящий вниз.
— Странно, — сказал Ковалев, — я думал, рубка будет наверху.
— Откуда нам знать? — ответил я. — Может, это и не корабль вовсе, а подводная лодка.
— Тоже верно, — ответил Ковалев, осторожно спускаясь вниз.
Мы пошли за ним лишь после того, как он сам осмотрелся на новом уровне и дал добро. Оказались в еще более длинном коридоре, разбитом на отсеки. Отсеки отделялись переборками, в центре которых были открытые люки. Каждый отсек имел по два таких люка.
— Если у них и была авария, — предположил я, — то она случилась внезапно. Они даже отсеки не стали герметизировать.
— Может, они просто ушли с корабля, когда поняли, что выбраться из ледяного плена не смогут? — предположила Мария.
— Ну да, — согласился Ковалев. — В таком случае уже нет большой разницы, задраены люки или нет. Корабль был обречен погибнуть во льдах.
— Интересно, — задумался доктор Боровский, — а означает ли это, что и остальные двери открыты?
Я осторожно подошел к первой же двери в отсеке и медленно провернул овальную рукоять. Та довольно легко поддалась. Мы переглянулись, и Ковалев одним размашистым движением отодвинул в сторону геолога и Марию, прижимая их к переборке.






