ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды гордая красавица Сяо Ян отказалась выйти за сына наложницы советника Лэй, нанеся оскорбление его семье. Сын наложницы стал прославленным генералом, главой клана Лэй и через пять лет вернулся в родной город, чтобы отомстить гордячке. Но не всё именно так, как кажется на первый взгляд…

Ната Лакомка (Наталья Лакота) Дочь солнца, сын луны Когда двое предназначены друг другу судьбой, красные нити, связывающие их, иногда тянутся, иногда запутываются, но никогда не рвутся. Китайская пословица – Эта Сяо Ян – та ещё гордячка! – разглагольствовал дядюшка Юн, выпив вторую чашу дешёвого вина. – Но красавица многое может себе позволить. А девушки, красивее, чем Сяо Ян, ещё не было не то что в столице, но и во всём свете. Там такая красота, что от одного взгляда сдаётся город, а от второго взгляда вся страна приходит в смятение. – Похоже, на тебя она тоже бросила взгляд?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Осторожно заглянули служанки, боясь зайти в дом.

– Я была такая неловкая, – сказала Сяо Ян со вздохом, указывая на осколки, разлетевшиеся по комнате, – вот, разбила чашку. Но она мне всё равно никогда не нравилась.

Глава 8. Ся Сяо Ян

– Клянусь, они все помирились! – говорил дядюшка Юн, разглагольствуя, как обычно, после третьей чаши вина. – Все три клана теперь – прямо как ближайшие родственники!

– Ся и Лэй и есть родственники, если дочь советника Ся теперь жена главы рода Лэй, – заметил кто-то из постояльцев таверны «У каменного дерева». – Так что не удивительно, что они примирились. А вот то, что Чены простили эту выходку со свадьбой…

– Да уж, чудеса! – хохотнул дядюшка Юн. – Как будто лисы хвостами покрутили!

Сяо Ян улыбнулась, слушая эту болтовню. Она задержалась возле таверны, якобы, для того, чтобы расправить зонт. Служанки почтительно ждали, пока жена господина Лэй справится с зонтиком, а она всё воевала и воевала со спицами и пыталась разгладить замявшиеся края.

– Вам помочь, госпожа? – не утерпела одна из служанок.

– Нет, уже всё, – зонтик неожиданно легко раскрылся, и Сяо Ян пошла дальше по улице, отвечая на приветствия таких же нарядных дам, которые вышли полюбоваться на фонари и фейерверк в честь праздника Луны и поесть лунных пирожков.

Конечно, праздником Луны приятнее наслаждаться вдвоём, но Джиан не смог пойти. Сегодня он охраняет императрицу Линси и малолетнего императора. Сегодня Джиан будет есть лунные пирожки в императорском дворце. А когда-то они ели пирожки вдвоём, сбежав от строгих нянек и наставников, и напропалую спуская деньги на сладости.

После того дня, когда Джиан обвинил её в том, что она хотела выйти за Чен Цзинь Хая, они с мужем почти не виделись. Джиан пропадал днями напролёт то в императорском дворце, то в казарме, домой возвращался поздно вечером и водил к себе каждую ночь всех наложниц по очереди.

Причём делал это так явно напоказ, что Сяо Ян прекрасно понимала – всё предназначалось ей. Чтобы видела, насколько она ему безразлична. Чтобы прочувствовала, как больно, когда тебя отвергают. Когда тот, кого любишь, выбирает не тебя.

Вряд ли он догадывался, насколько хорошо у него получалось мстить.

Сяо Ян старалась не показывать, как ранит её каждая ночь Джиана в объятиях наложниц. Она улыбалась, была скромна и приветлива, как полагалось хорошей жене, но каждая ночь приносила ужасные муки.

Потому что одно дело – слышать о наложницах бывшего жениха, сидя в родительском доме, и совсем другое – видеть, как твой муж наслаждается любовью с другой. С другими.

Но сегодня был праздник Луны. И сегодня не годилось грустить даже тем, у кого не было крыши над головой и ни кусочка лунной булочки, чтобы утолить голод.