— Об общечеловеческих ценностях. О необходимости разрядки. О том, как американское общество устало от Холодной войны и ждет появления в Кремле молодого, прогрессивного лидера, с которым можно будет выстроить новый, безопасный мир. Никаких шпионских страстей. Никаких передач микропленок. Сплошная дипломатия улыбок и разговоры о светлом будущем.
Я понял, к чему ведет контрразведчик. Картинка, начавшая складываться в Бейруте и продолжившаяся в кабинете Макарова, теперь обрела финальную глубину.
— Они готовят для него эхо-камеру, — невольно произнес я.
Игнатьев удовлетворенно кивнул. Тест я прошел.
— Именно. МИ-6 и ЦРУ всегда работают в связке, когда дело касается глобальных стратегий. Британцы ударят по его тщеславию в Лондоне. Тэтчер публично объявит его политиком будущего. А когда он вернется в Москву, эта подготовленная Болтоном «прогрессивная» гуманитарная интеллигенция, его собственные советники и журналисты, начнут петь ему ту же самую песню. Они будут транслировать ему в уши то, что вложили в них американцы. Они создадут вокруг него информационный кокон, изолирующий его от реальности. И любые возражения старых кадров из Политбюро он будет воспринимать как ретроградство и сопротивление прогрессу.
Игнатьев закрыл папку.
— Это уже не шпионаж, Ланцев. Это проектирование политической реальности. И обычными методами наружного наблюдения или прослушки мы этот процесс не остановим. Запретить американским дипломатам ходить на театральные премьеры мы не можем. Сажать журналистов за разговоры о разрядке — тоже.
Внутри росла холодная, расчетливая концентрация. У меня появился инструмент.
— У вас есть доступ к списку контактов Болтона. У меня есть доступ к аналитической базе Института психологии АН СССР.
— Перекрестный анализ, — Игнатьев достал чистый лист бумаги. — Я даю вам сырые данные по контактам американцев и британцев. Без купюр. Кто с кем встречался, о чем говорили, какие книги дарили. Вы со своими учеными, используя ту самую модель Лефевра, раскладываете эту информацию на векторы. Мне нужно знать, какие конкретно установки Болтон внедряет в окружение объекта. Какие триггеры они готовят для Лондона. Если мы поймем их информационную матрицу, мы сможем им противодействовать.
— Согласен, — я коротко кивнул.
— Не торопитесь, — Игнатьев снял очки и посмотрел на меня уже без профессионального одобрения, а с тяжелой откровенностью человека системы. — То, что мы сейчас обсуждаем, не должно фигурировать в официальном документообороте, — ровно закончил Игнатьев. — Официально мы с вами не анализируем окружение кандидата на высший пост. Мы препарируем исключительно тактику посольства США и подданных Ее Величества. Вы меня поняли, старший лейтенант?
— Так точно.






