ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Голову поднять не могу, потому что деревяшка тяжёлая. Значит, надо выпутываться, в буквальном смысле слова. По волосинке, по тоненькой прядочке освобождаю себя из неожиданного капкана. Волос много. Густые, чёрные, явно принадлежат человеку не европейского типа. Или как там народы делятся? На расы, кажется… Кстати, это хороший способ не сверзнуться в панику. Думать о чём угодно, но не о ситуации, из которой нет выхода. Собрав остатки волос в толстый пучок, сворачиваю их жгутом и перекидываю на грудь. У меня есть грудь. Вернее, некие припухлости, которые со временем должны стать полноценными молочными железами. А пока это прыщики. Смотрим ниже. Ноги. Костлявые узкие ступни, вымазанные в жидкой грязи глинистого бережка, на котором я сижу. Острые коленки, одна сильно разбита, но кровь уже не течёт. Выше. М-да… Судя по пушку, лет двенадцать, наверное, отроковице сей. Худа, смугла, нема. И что мне со всем этим «богатством» делать? Как жить, граждане? Ни спросить, ни попросить. Даже жалостливо спеть, чтобы корочку дали, не смогу. А еще нага, как Ева в раю. Одежду-то куда дели? Не сейчас же я родилась. Хоть бы рубашонку какую на развод дали. Или оставили.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ой, страшный… Сколько тогда моих подруг и коллег погибло, сосчитать не возьмусь. В стране не хватало накопителей. Ведь прежде чем одарённому заблокировать магию, необходимо до дна выбрать резерв. Многие сильные магини после такого незаслуженного наказания жить дальше не стали. Ведьм же, оттого, что их магии нельзя лишить, на костёр отправляли. В целях экономии времени и дров сжигали разом на одном костре двоих, а то и троих. Как же страшно это всё было… Как страшно! У меня дар слабый был. В учении больше знаниями пользовалась, чем силой, но и я после процедуры блокировки долго болела… О чём это я? Ах да, о знакомце своём. Несмотря на то, что доучиться девушкам не позволили и должны были бывшие студентки отправиться в ссылку подальше от столицы, мне в Светлобожске разрешили остаться до выздоровления. Вот тогда-то мы с Осеем и подружились. Жили по соседству, в Академию прежде вместе бегали. Но он слабо учился, и я помогала ему с курсовыми и лабораторными. Диплом помогла написать, к экзаменам подготовиться. Только поэтому академию и закончил. Где потом и прижился. Преподаёт историю магии, кажется. К нему пойдёшь. За ним должок, он поможет. Видишь ли, я смогла определить причину твоей немоты. Как? Магически, разумеется. – Рассказчица горделиво расправила плечи, как бы говоря: «А вот я какая!». – Сдаётся мне, что тема насильственной блокировки не до конца изучена. Похоже, с годами блок ослабевает, и резерв вновь начинает наполняться. Очень медленно, но дар восстанавливается. Иногда, в сложных случаях, позволяю себе пользоваться для диагностики. Очень редко и очень осторожно. Знаешь, девочка, сколько уже лет прошло, а я всё ещё помню смрад костров и пустые глаза подруг, лишённых силы. Поэтому боюсь всего, что может мне навредить. Боюсь вступать в конфликты, боюсь показать свои возможности в полном объёме, боюсь, что они снова придут за мной. Поэтому и надела маску малограмотной деревенской знахарки. Так и живу, как сплю. – Знахарка замолчала, поднялась с трудом и пошаркала в дом.

Солнце садилось, петух загонял свой гарем на насесты, притомившийся за день Пых свернулся клубком у ног. Обняв себя за плечи, чтобы избавиться от озноба, я смотрела, как над деревней в темнеющем небе загораются звёзды. Прокручивая в голове рассказ бабы Марыси, я шалела, и меня знобило от полученной информации.

Граждане, в этом мире есть магия! Но жизнь здесь не волшебная сказка, где единороги пукают ароматом фиалок, это мир, живущий по своим жёстким законам. Или беззаконию. Моя хозяйка магичка, и она что-то знает о причине моей немоты. А ещё то, что уже завтра я буду где-то далеко от этой безымянной деревни, от настырного Петра, возжелавшего взять меня «взамуж», и от горластого петуха, каждое утро орущего у меня над головой.