ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Голову поднять не могу, потому что деревяшка тяжёлая. Значит, надо выпутываться, в буквальном смысле слова. По волосинке, по тоненькой прядочке освобождаю себя из неожиданного капкана. Волос много. Густые, чёрные, явно принадлежат человеку не европейского типа. Или как там народы делятся? На расы, кажется… Кстати, это хороший способ не сверзнуться в панику. Думать о чём угодно, но не о ситуации, из которой нет выхода. Собрав остатки волос в толстый пучок, сворачиваю их жгутом и перекидываю на грудь. У меня есть грудь. Вернее, некие припухлости, которые со временем должны стать полноценными молочными железами. А пока это прыщики. Смотрим ниже. Ноги. Костлявые узкие ступни, вымазанные в жидкой грязи глинистого бережка, на котором я сижу. Острые коленки, одна сильно разбита, но кровь уже не течёт. Выше. М-да… Судя по пушку, лет двенадцать, наверное, отроковице сей. Худа, смугла, нема. И что мне со всем этим «богатством» делать? Как жить, граждане? Ни спросить, ни попросить. Даже жалостливо спеть, чтобы корочку дали, не смогу. А еще нага, как Ева в раю. Одежду-то куда дели? Не сейчас же я родилась. Хоть бы рубашонку какую на развод дали. Или оставили.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Курятник красовался новой крышей, но неблагодарный петух по-прежнему каждое утро орал над моей головой. Подлец!

– Ну шо, дэтина, слухай сюды, – закрыв на засов ворота за тёткой Ариной и присев на крыльцо, баба Марыся перешла на русский. – Уговорил-таки Петро родню сосватать тебя. Свекровь твоя будущая очень тем недовольна. Но сын пригрозил, что из дома убежит, если на тебе не женят. Паршивец! Договорились на осень. Пока живём как прежде. Со двора ни шагу, чтобы повода не было раньше свадьбу назначить. Поняла?

Кивнула. Конечно, поняла. Нет никакой гарантии, что жених смиренно захочет брачную ночь ждать. А я от него вряд ли отбиться смогу. Как и на помощь позвать.

Так началась моя жизнь в осаде. Каждый вечер Петро приходил под ворота и просил.

– Ну баба Марыся, – тянул парень из-за забора, – видпусти дивчину погуляты.

– Ступай, хлопец, видселя, – отмахивалась хозяйка. – Николы ей. Приданное шье. Вот висилля* справите, хоть загуляйтесь опосля.

*Висилля – свадьба.

Глава 4

Без работы я не сидела. Огород требовал ежедневного ухода. Польёшь – сорняки лезут, не польёшь – овощи вянут. Попутно хозяйка учила травы правильно сушить и складывать готовый материал. Листик к листику, веточка к веточке, корешок к корешку. Вишня поспела. Собрать помыть, посушить. Часть на варенье, часть на наливку. Так и крутишься весь день.

После второго полнолуния моего пребывания в новом теле и в новом мире, баба Марыся, вернувшись из деревни, сказала:

– Пора, девонька. Завтра сельчане до рассвета в город на ярмарку поедут. Первые овощи и фрукты повезут. И я с ними, травы и настойки продать. Чтобы подозрения не вызывать, ты меня в воротах проводи. Платочком белым на прощанье помаши, чтобы все видели, что оставляю тебя дома на хозяйстве. Потом ворота запри на засов, кур покорми, делами займись в огороде или во дворе. А к обеду поближе бери своего зверя и иди в огород к малиннику. Там проход через складку есть. Покажу сейчас, но сначала послушай. Добираться до места будешь одна. Дам тебе письмо к моему давнему знакомому. Учились вместе. Что удивляешься? Ты думаешь, что я знахарка деревенская? Сейчас так и есть. Знахарка. Но до Чёрного королевского указа училась в Магической академии. Последний курс заканчивала. Мечтала стать великой целительницей. Хотела людям помогать с болезнями справляться. Училась как проклятая. На поклонников и вечеринки время не тратила. Может, и получилось бы у меня задуманное, но надо же было нашей царице решить мужа извести. Что говорить, магиней она сильной была. Так и придворные чародеи, что стоят на страже царя, тоже не лыком шиты. Не получилось у неё ничего. Себя погубила и повод дала со всеми магичками и ведьмами расправиться. Так в указе и написали: «Магия не для баб». Страшный год был.