ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вознесенская аристократично морщит носик, выслушивая чистую правду, но, судя по захвату моего тела, отпускать не собирается. — Хорошо, Ларочка. Обещаю, это будет самый последний раз. Но только сходи со мной. Я должна там быть. Просто обязана! Натали далеко не ангел, любит кутёж и праздную жизнь, но такого блеска этих голубых глаз я давно не замечала. — Если тебе так приспичило выгуляться на какой-то вечеринке, то причём тут я?! Не понимаю! Возмущаюсь от души и при этом начинаю отлеплять женские ручки от своих локтей. — Вечеринка закрытая. Приглашены не абы кто- меценаты, миллионеры, критики. — Тем более чего ты там позабыла? И я тоже? — Там будет ОН! Я снова не ведусь. Плавали, кушали и не раз. — Он — это сто пятая любовь «всё и навсегда, пока смерть не разлучит нас»?! Подруга вожделенно вздыхает, и теперь в глазах загорается настоящий огонь. — Третьяков Лев Николаевич, урождённый граф Леонардо Лабарр де Бомарше. Сказала и замолчала с выражением полного возвышения. Утопия какая-то! — И кто это? — вынужденно задаю вопрос, так как продолжения рассказа об этом французском лягушонке не последовало.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты трезвая умничка, которая никого не бьёт, а весь вечер охмуряет своего лягушонка?

— Кого?

— Ну, де Бомарше или как его там?

Снова кивает, а потом начинает подпрыгивать от нетерпения на месте в ожидании заветного «да», уже готового сорваться с моего языка.

— А зачем тебе я?

— Для поддержания морального духа, — смело заявляет девушка, отпуская мои локти.

Подозрительно прищуриваюсь, делая поспешный шаг от неё, пока она не надумала снова меня держать и дёргать.

— А что не так с твоим духом? Вонвижу, что бодр и весел. Если с таким настроем и хлопаньем ресниц на бал подашься, то не только граф, но сам король будет твоим.

Наташа радостно улыбается, но взгляд горит упрямством.

— Лар, тебе не помешает развеяться. Мне кажется, ты из квартиры уже неделю не выходишь.

Ну почему неделю? Сегодня только шестой день. И я это хорошо помню, так как через два дня мне нужно отдать заказанную картину, которую я почти завершила.

— Возможно, — нехотя соглашаюсь с подругой, шествуя в ванную.

Надо срочно отмыть руки, пока краска не успела пропитаться в кожу.

Ванная у меня небольшая, но Ната всё равно идёт следом за мной, чтобы дожать мой положительный ответ. Её тихие шаги и парфюм буквально преследуют меня, лишая права выбора.

— Хорошо, сходим вместе. Когда состоится сие мероприятие?

Мой вздох она пропускает мимо своих маленьких ушек с точками бриллиантов в мочках. Грациозно выполняет реверанс, едва не задевая полочку с флаконами- растворителями.

— Ната, аккуратнее. Я только согласилась, но уже боюсь начать об этом сожалеть.

— Всё будет отлично, Мотылёк! Я уже всё распланировала.

Кто бы сомневался?!

— Завтра примерка наших платьев, послезавтра и ещё разок репетитор по бальным танцам, а остальные мелочи по типу подборки аксессуаров, туфель, причёски я беру на себя.

Некоторые, смотрю, не сомневались в моём согласии. Но не мешаю подруге расписывать эту неделю по минутам и просто молча оттираю ватным диском маслянистые пятна всех цветов радуги.

— Ларочка, я знаю, что мой эгоизм впитан с молоком матери, но если тянуть с такими вещами, то можно остаться без наряда и потом только ждать фею крестную.

Для меня феей была Вознесенская.

— Я поняла, феюшка ты наша. Но у меня через два дня встреча с заказчиком, а через три дня — подработка на дому — не забудь это внести в свой гениальный план. И если платье будет снова с большим количеством нулей в ценнике или скважинами в районе вырезов, то я его не надену.

По меркам горячо любимой подруги я должна милостыню просить, но в реальности мне вполне хватает моего заработка, чтобы содержать не совсем дешёвую квартиру, покупать еду и одежду.

Вечерние наряды мне совсем ни к чему, если бы не любящая приключения пятая точка Вознесенской.