Когда он так смотрел, ей чудилось порой, что он умеет читать мысли. А может, и умеет. Что она вообще знает о возможностях его магии, кроме того, что она демонически темная?
— Если наша теория верна, и мы все сделаем правильно, то сможем вернуть ночь, когда произошло убийство.
— О, — выдохнула она с облегчением, что от чисто девчачьей ерунды, лезущей в голову, можно отвлечься. — Я ожидала нечто подобное. Ты рассказывал про вечную ночь для вампиров. Но как это? Неужели вернешь целую ночь?
Морион поднялся и начал закрывать шкатулки с артефактами. Руны на дереве вспыхивали красным и гасли. Поколебавшись, вытащил и переложил на стол несколько мелких украшений: запонки, пару булавок для галстука и овальный просто золотой медальон на длинной цепочке.
— Надеюсь, хватит часа, чтобы понять, кто это. Тем более, мы знаем, за кем стоит особенно тщательно проследить, — он отодвинул к кучке золота и проклятый браслет, который Лорейн просто оставила на столешнице. — За Вирджи. Если не получится с первого раза, повторим.
Лорейн взяла со стола свою заколку и начала медленно собирать волосы на затылке. Неясная мысль, пока не оформленная, крутилась где-то на задворках сознания, и никак не хотелась ловиться за хвост. Вампиры. При чем тут вампиры?
Он составил шкатулки одну на другую и отнес к открытой за шкафом нише. Чертов маг выглядел так безукоризненно опрятно, будто не они тут только что едва не предавались разврату на столе, а предавалась одна она. Несбыточным мечтам. Нахмурившись, Лорейн магией выпрямила волосы и юбку.
— Морион! — осененная догадкой, Лорейн шагнула следом, закалывая волосы. — А как это вообще происходит? Как артефакт воздействует на время и объекты?
— Физически, — лаконично ответил он, осторожно складывая шкатулки на полки. Ниша оказалась вроде сейфа, пустого места там почти не оставалось. Лорейн вдохнула побольше воздуха... — Нет, в самом деле физически, Лорейн. Ты же видела Амаро. С чем Слеза соприкасается, то и меняет, пока чары не снимешь.
— Но Амаро... он вроде как живой объект. Был.
— Скажем так. Вместилище его души, то есть его физическое тело, как бы перенеслось в день на пятьдесят лет вперед. Но сам он бессмертен из-за вампирского проклятия. Был. Соответственно, застрял в теле старика, и проклятие поддерживало уже новое состояние.
Лорейн прикусила верхнюю губу и прошлась по кабинету. В сторону дверей. И обратно с новыми вопросами. Морион прикрыл нишу, шкаф с музыкальным металлическим щелчком замочков и пружин встал на место.
— Ну допустим. А как они переносят дом в ночь? Тоже выбирают день?
— Да.
Она изумленно подняла брови.
— Погоди! То есть, получается, там у них конкретный день? То есть, конкретная ночь?
— Да.






