– Во-вторых, – подхватила Катя Орджоникидзе, – мы представлены твоим родителям в семейной обстановке, так что ничего неприличного в этих обсуждениях нет.
Лиза тоже поддержала подруг:
– Вася, мы в самом деле выехали наспех и налегке, и нам действительно нечего надеть в случае ночлега в гостинице. Вот если бы… – тут она засмущалась, замолчала и прикрыла рот ладошкой.
– Мне нравится ход твоих мыслей, Лизавета! – хихикнула Вера Столыпина. – Но пока предлагаю остановиться на ближайшей ямской станции и поискать ещё работающий магазин. Там что-нибудь подберём.
– А Вася нам поможет с выбором, – заключила Катерина. – Фасоны и всё такое… Ты же поможешь, Васенька?
Красный буркнул под нос нечто неразборчивое, в чём понимающий человек с ходу смог бы определить вариант малого боцманского загиба, и прибавил скорость. Впереди уже светили фонари очередной ямской станции.
Девушки напрасно беспокоились – забота о путешественниках простиралась до такой степени, что все магазинчики при станциях работали круглосуточно. Даже те, что торговали сельхозинвентарём, сверкали витринами с выставленными топорами, вилами, косами, боронами и прочими конными жатками. Васю неудержимо тянуло именно в эти магазины, но, увы, дезертировать не получилось и его в шесть рук затащили в дверь под вывеской «Галантерейныя товары и дамския моды». Правда, надпись без еров и ятей.
Форменную куртку Красный предусмотрительно оставил в машине, поэтому на него сыграла репутация – приказчицы модной лавки нисколько не удивились появлению юного, но орденоносного лейб-гвардейца, заявившегося в отдел дамского белья в сопровождении трёх прехорошеньких девиц. Гвардейцы, они известные шалуны и затейники, так что ничего нового и из ряда вон выходящего. А этот, судя по наградам, прямо с войны.
Имеет полное право развлекаться столь невинным способом.
Вася оправдал ожидания – пряча смущение за вымышленным опьянением, он щёлкнул пальцами, после чего махнул рукой в широком жесте:
– Вперёд, мои храбрые амазонки! Три дня на разграбление захваченного города!
Дабы простимулировать приказчиц, Красный невзначай показал им сторублёвого Александра – билет достоинством сто рублей с портретом Александра Ильича Ульянова. Не увидев на лицах энтузиазма, добавил два полусотенных Владимира. Вряд ли весь товар в этой лавке стоит больше. Если только в придачу с продавщицами?
А сам плюхнулся в потёртое кресло и блаженно вытянул ноги. Прикрыл глаза, слушая милый девичий щебет:
– Варя, смотри, я эту модель в журнале видела.
– Вена или Париж?
– Фи, Варвара, у вас дурной вкус! Это Шуя, Иваново-Вознесенск и Вышний Волочок! Последний писк моды!
– Писк перед смертью?
– Сударыни, модель называется «Арина Родионовна».






