Значит тот самый, Краспа. А на двух диванах, стараясь держаться от него как можно дальше, сидели несколько человек в штатском — возможно из ведомства Адарни, но скорее подчиненные Ставена. Кто-то, отсюда невидимый, шуршал и в соседних комнатах.
— Знакомо, — не стал отрицать очевидного Ретен. — Как вы смогли это заполучить?
— Не важно, — отмахнулся Ставен. — Важно, чтоб вы поняли — все кончено. Вы проиграли. И не только сейчас, а вообще. Скоро империя забудет о такой мерзости, как рессы — я лично сделаю для этого все.
Ретен пожал плечами.
Фанатик, что с него взять? И о чем с ним говорить? Потому он не стал тратить время, а быстро перехватил взгляд измененного и отчетливо, так, что слышно было каждую букву, произнес:
— У тебя больше нет хозяина. Господин Красп умер.
И лишь чудом успел прикрыть собой мальчишку от того ада, в который тут же превратилась контора.
Первым погиб Ставен — сорвавшаяся тварь буквально снесла ему голову. Для того, чтобы это сделать, измененному пришлось перемахнуть одним прыжком чуть ли не всю комнату и заодно пару господ в штатском, засевших на ближнем диване — видать даже его заместитель министра допек дальше некуда. Но и те, кого гадина оставила за спиной, пережили господина Ставена не надолго, всего на несколько мгновений — им, сразу обоим, он свернул шеи уже возвращаясь
Остальные трое, облюбовавшие дальний угол, все-таки успели выхватить оружие и открыть беспорядочную пальбу. Стало это их ошибкой или наоборот, никто так и не понял, но те несколько выстрелов, что они успели сделать, лишь добавили крови в резню. В том числе и крови измененного, пару раз его таки достали, но, кажется, не сильно, сам он внимания на раны не обратил. И когда на шум распахнулась дверь соседней комнаты, бойня тут же перекинулась туда. О замерших на диване рессе и Дари тварь пока забыла, занимаясь лишь теми, кто азартно, но безуспешно в нее палил.
Ретен, убедившись, что с мальчишкой все в порядке, вытащил оружие, проверил его и рванул в соседний кабинет вслед за гадиной. Пепел остался один, все еще не в силах прийти в себя. А потом медленно полез за пазуху и тоже выудил оттуда револьвер — тот самый, которым так азартно размахивал перед носом у Краспа. И заставил себя встать. И шагнуть на звук пальбы.
Впрочем, далеко ходить не пришлось — выстрелы начали стремительно приближаться. А потом в дверях показалась спина измененного, отступавшего перед кем-то, прицельно садившим в него из глубины конторы. И Дари не стал раздумывать ни секунды. Он стрелял и стрелял, пока не выпустил все патроны до последнего. Но и потом продолжал раз за разом нажимать на курок, словно не слыша сухих холостых щелчков. И не видя развороченной в клочья спины твари.
Отрезвила его тишина. И острый взгляд ресса.






