ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Артур Найденов, офицер ГРУ, застрявший в лабиринте древних империй, стоит перед выбором, где нет победителей. Спасти жену — значит бросить вызов царству хеттов, где пленников не отпускают живыми. Отступить — предать клятву, данную под звёздами XXI века. Но как быть верным долгу, когда само время стало врагом? С верным Этаби, хурритом, чья преданность сильнее стали, Артур бросается в пучину заговоров, где союзники меняют маски, а враги предлагают помощь. Их путь — через кровавые битвы, тронные залы, пропитанные ядом, и пески, хранящие секреты богов. Каждый шаг к спасению жены приближает Артура к краю: стать орудием империи или поджечь её устои ради любви? Но смерть здесь — не конец, а тень, что дышит в спину. Когда меч встречается с бронзовым топором, а слова оборачиваются клинками, что перевесит: военная хитрость или ярость сердца? И какой ценой платят за честь в мире, где героям не ставят памятников — только могильные курганы?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Первую ночь на соломе провели ужасно — прелый запах забивал ноздри, вызывая желание чихать без остановок. Дал себе слово с утра заставить Мунтала поменять солому и дать нам пару кусков ткани, чтобы можно было накрыться. Здесь, в высокогорье было ночью прохладно, да и днём уже чувствовалось, что зима не за горами.

Вчера мы не закупились продуктами, когда спохватились было поздно. Завтракать отправились в «закусочную» — сегодня в меню был сыр, лепёшки иснова молоко. На вопрос про мясо Сарпи покачал головой — за десять дней до Достам Кам хетты начинали пост: рыбу и мясо запрещалось употреблять. Пост касался только хеттов, но мы решили не привлекать внимание, хотя Этаби нуждался в белке — такая гора мышц не наедалась сыром и лепёшками.

Лошадей сторговали по семь ше — один я уже отдал за завтрак, остался должен продавцу. Попросил его подержать нашу скотину у себя, пока не принесу ше. Пришлось идти на рынок к эсору, чтобы разменять сикль. Монет достоинством сикль оставалось ещё две, потом придётся переходить на пит сикль.

Эсор был на месте, увидев меня, осклабился:

— У тебя есть вопросы…

— У меня есть сикль, — повертел кусок серебра в руках, — сегодня такая же цена?

— Для тебя цена будет хорошей, — меняла отсчитал двадцать три ше, сделав из них горку. На мой незаданный вопрос, улыбнулся:

— Хорошая цена притягивает хороший человек, — вчера этого не заметил, но говорил эсор не лучше меня. А меняла неглупый человек — он разменял по максимуму, давая понять, что дорожит мной как клиентом. Зачем мне искать другого менялу, если курс хороший. Мой повторный приход давал понять, что сикли у меня есть. Редко кто тратит сикль меньше чем за сутки с учётом невысоких цен на продукты и товары. Эсор решил привязать меня к себе, понимая, что получит прибыль из-за оборота, а не обдирания клиента.

Надо присмотреться к нему — такие люди иногда обладают ценной информацией, но эсор зря думает, что я не понимаю его психологических трюков. Вернул ему один ше, глаза старика просияли, — всегда приятно получить обратно то, что ты уже потерял:

— Ты тоже должен есть лепёшки как и мы, — фраза получилась странная, но старик понял. Приложив ладонь правой руки к сердцу, эсор важно заметил:

— Ашшур видит, Ашшур знает, Ашшур слышит!

Подумал, что это имя эсора, но в следящую минуту, старик представился:

— Я Инлал из Нанави, — название местности мне ни о чём не говорило, но я изобразил заинтересованность.

— Нанави?

— Да, — эсор махнул рукой на восток, — это там.

— Знаю где это, — Этаби клокотал, таким я его ещё не видел. Глаза Инлала блеснули и сузились:

— Твой воин из хурре?

Отрицать было бесполезно, пусть между хеттами и хурритами в настоящее время мир, но оба народа сильно недолюбливали друг друга.