ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мое имя Эльдорн, и я родом из Северных племен. Меня привезли в столицу в клетке — как дикого зверя. Для боёв на арене на потеху толпе. Трибуны забиты до отказа. Имперцы ждут, что «северный дикарь» умрёт под их рев. Мне уже назначили смерть. Так думали они. Но всё пошло иначе, когда «варвар» вышел на арену… Рафаэль Дамиров Варвар Я сидел на жёстком настиле повозки, устланном измятой, затхлой соломой. Каждая доска подо мной отзывалась глухим стуком, когда скрипучие колёса попадали в выбоины. Ржавые прутья клетки холодили спину и плечи. Меня везли в открытой зарешеченной оковнице, как пойманного зверя, выставленного на потеху. Любопытство на миг вспыхивало в глазах земледельцев, что шли мимо с косами на плечах. — Варвар. У них варвар, — шепнула девчушка с серпом, смахнув рыжую прядь со лба. Ближе к полудню повозка взобралась на пригорок, открывая взору долину в излучине реки, где раскинулся огромный город. Каменные стены, высокие башни, крыши, теряющиеся в дымке, мост над широким рвом. Пленители называли это место Вельградом, сердцем Империи Сорнель — той самой, что долгие годы истребляла мой народ.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Эльдорн, ты слишком добр, — проворчал колдун. — Он же врёт. Смотри, и не худой вовсе. Ел он сегодня. И вчера ел. Ворье треклятое.

— Ничего я не ел! — возмутился пацан, но вдруг уставился на меня, вытаращив глаза, воскликнул. — Чтоб меня молния сразила… это же ты! Ты! Это ты убил чудище…

— Нет, тебе показалось. Проваливай, — отрезал я.

— Да нет же! Это точно он! Люди, смотрите…

— Тихо ты! — рявкнул на него Рувен. Он метнул ему серебряный солид. — На-ка. А теперь исчезни. Если не уйдёшь, заберу монету обратно.

Уговаривать не пришлось. Пацан исчез так же быстро, как и появился, только на этот раз вместе с серебрянником.

Мы тем временем купили всё нужное, сложили в заплечный мешок, который Рувен тоже приобрел, и направились к месту, где собирались провести ритуал. Это был заброшенный дом, который мы заранее приметили.

Развалины строения заросли бурьяном. По краям стен тянулись ползучие вьюнки, сквозь трещины пробивалась крапива и лопух. Крыша кое-где провалилась, и через дыры падали полосы света. В углу под остатками потолочных балок, зацепившись коготками, спала летучая мышь.

— Итак, друзья, — торжественно воскликнул Рувен, выпрямившись так, будто собрался провести нечто выдающееся и необычайно значимое, а мы при этом должны были попасть под впечатление.

Я лишь поднял бровь, наблюдая с любопытством. Ингрис цокнула языком и скрестила руки на груди, выжидающе смотря на старика.

Рувен же не торопился, обвёл нас взглядом и начал:

— Вы должны строго выполнять все мои указания. Если хоть что-то нарушить… если что-то пойдёт не так… если мы что-то забудем… это может плохо кончиться.

— Ты меня пугаешь, колдун, — проговорила Ингрис. — Что значит — плохо кончиться? Мы умрём, как тот лавочник-зельевар… Арис?

— Нет… погибнуть вы не погибнете. Наверное, не погибнете, — как-то неуверенно ответил Рувен. — Но я не зря говорю, заклинание личины — вещь капризная. Любит точность. Если сделать не так… я даже не знаю, что может произойти.

— Надеюсь, старик, ты не обратишь нас в тараканов… или того хуже, в многоножек, — произнёс я, подняв бровь. — А то буду всю жизнь ползать у тебя под рубахой и не давать спать.

— Фу… ненавижу многоножек, — Ингрис передёрнула плечами. — И тараканов тоже.

— Нет-нет, вы останетесь людьми! — воскликнул Рувен. — Вопрос только… с какими лицами.

— Давай уже, начинай, — сказал я. — Хватить балагурить.

— Так. Теперь сядьте по обе стороны от меня, — проговорил колдун, нагнав в голос серьёзности. — И смотрите на мои руки. Я начинаю смешивать ингредиенты.

Он поставил два камня, разложил между ними тонкие кусочки сухой коры, надранные тут же, во дворе, с засохшего дерева икко. Чиркнул кремнем, и маленький огонёк вспыхнул под миской, которую он водрузил поверх камней.