— Объявите награду, большую награду тому, кто вернёт мою дочь домой.
— Простите, ваше благостинейшество, — проговорил принц Дир. — Но я считаю, что лучше не тревожить люд такой новостью о пропаже принцессы.
— Дочь для меня важнее люда, — нахмурилась императрица, и в этот раз в её лице мелькнула искренняя обеспокоенность.
Лестер бросил на неё внимательный взгляд. Кассилия тоскует по дочери? Впрочем, он не мог быть уверен.
— Позвольте… Я могу попытаться своими силами найти Мариэль — найти и вернуть, — неожиданно сказал принц.
— Как? У вас нет столько стражников, — сурово заметил архонт войны, бросив на него недобрый взгляд.
Поиск принцессы был его прямой обязанностью. Он уже отдал приказы, поднял кромников, перегородил все дороги.
— Вы забыли, — мягко ответил Дир Харса, — у меня есть колдун. Он сможет… я надеюсь, сможет определить её местоположение. Но мне нужна её вещица. Личная. Которой пользовалась только она. Например, ювелирное украшение или расчёска.
— Что вы задумали, уважаемый принц? — проговорил Верховный Жрец Мирос. — Пользоваться личной вещью… это попахивает чёрной магией.
— Благостин Мирос, — холодно сказала Кассилия, — если дело касается императорской семьи и спасения моей дочери, то мне плевать. Пусть хоть самая наичернейшая магия используется.
— Но… — попытался возразить Мирос. — Это может привести к необратимым последствиям…
— Исчезновение принцессы! — громко перебила его Кассилия. — Вот самое необратимое последствие! Хуже которого лишь мор и война!
Присутствующие замолчали. Никто не смел спорить.
— Что ж… — нарушил тишину император. — Будем молиться богам и делать все возможное для поиска моей дочери и наследницы престола. Я больше вас не задерживаю, уважаемые благостины и принц Валессарии Харса. Совет окончен.
Все поднялись, поклонились и направились к выходу.
Лишь Кассилия осталась сидеть, неподвижная и горделивая, будто высеченная из мрамора.
Архонт войны встал, подошёл к большому, до пола, распахнутому окну и, глядя на раскинувшийся под ним город, негромко произнёс:
— Где-то там Мариэль. Где-то там и Варвар, ваше благостинейшество.
Император посмотрел на архонта испытующе.
— Такое ощущение, Серрос, что Варвар тревожит вас больше, чем собственная жизнь.
— Нет, император Сорнель, — поспешил заверить архонт. — Но Варвар — враг государства. А вы знаете, как я отношусь и как поступаю с врагами нашего государства.
— Я удаляюсь, — сказал император, морщась. — Что-то у меня опять разболелась голова. Дорогая… ты идёшь?
Он посмотрел на жену.
— Я здесь посижу ещё, — сказала Кассилия. — Мы с архонтом Серросом обсудим поиски Мариэль. Я не нахожу себе места и не могу спокойно отдыхать, пока наша дочь не найдена.
— Не беспокойся так, — проговорил император.






