Начинает превращаться в… – Он замолчал. – Мы не знаем, как это назвать. В капсулы с яйцами, я полагаю. Потому что в них находятся организмы в личиночной стадии.
Джек посмотрел на клетку «День третий». Все крысы бились в конвульсиях, лапки сокращались, словно через них время от времени пропускали электрический разряд.
– К третьему дню, – продолжал Роман, – личинки начинают резко расти, вытесняя своей массой мозг жертвы, приводя в хаос неврологические функции «хозяина». А к четвертому дню…
Они посмотрели на четвертую клетку. Все крысы, кроме одной, погибли. Трупы остались в клетке; их лапки окоченели, а пасти были широко открыты. Оставалось еще три клетки – весь процесс разложения.
К пятому дню трупы начинают раздуваться.
На шестой брюшки разрастаются еще больше, кожа натягивается как барабан. Тягучая жидкость сочится из открытых глаз и поблескивает у ноздрей.
А на седьмой день…
Джек замер у окна, уставившись на седьмую клетку. Лопнувшие трупики выстилали дно клетки, словно сдувшиеся шарики, кожа разорвалась, обнажив черную жижу растворившихся органов. К морде одной из крыс прилипла желатинозная масса непрозрачных шариков. Они дрожали.
– Капсулы с яйцами, – пояснил Роман. – На этой стадии полости трупа просто набиты ими. Они растут с поразительной скоростью, поедая ткани «хозяина». Переваривая мышцы и органы. – Он посмотрел на Джека. – Вам знаком жизненный цикл паразитирующих ос?
Джек покачал головой.
– Взрослая оса впрыскивает свои яйца в живую гусеницу. Личинки растут, питаясь гемолимфой «хозяина». Все это время гусеница остается живой. Вынашивает чужеродную форму жизни, которая поедает ее изнутри, пока личинки наконец не выходят из своего мертвого «хозяина». – Роман посмотрел на мертвых крыс. – Эти личинки тоже размножились и развились внутри живой жертвы. И это в конце концов убило «хозяина». Эти личинки набиваются в череп, вгрызаясь в поверхность серого вещества. Повреждая капилляры и вызывая внутричерепное кровотечение. Давление растет. Сосуды глаз переполняются кровью и лопаются. У «хозяина» наблюдаются мигрени, помутнение рассудка. Он ходит словно пьяный. Через три-четыре дня он умирает. А организм-паразит продолжает питаться тканями трупа. Захватывая его ДНК и используя ее для того, чтобы ускорить свое развитие.
– И во что он превращается в конце концов?
Роман посмотрел на Джека.
– Конечный результат нам неизвестен. С каждым поколением Химера приобретает новые ДНК «хозяина». Химера, с которой мы работаем сейчас, отличается от организма, с которого мы начали. Геном стал более сложным. Это более развитая форма жизни.
«Все больше и больше походящая на человека», – подумал Джек.
– Вот в чем причина абсолютной секретности, – объяснил Роман.






