ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Астронавт Эмма Уотсон принимает участие в программе биологических исследований на борту Международной космической станции. Неожиданно на станции начинает происходить нечто необъяснимое. Один за другим члены команды погибают, сраженные неизвестной болезнью. Все попытки найти средство излечения тщетны. Эмма понимает, что нельзя подвергать жителей Земли этой опасности, а значит, о возвращении домой нужно забыть. Похоже, спасения нет… Tess Gerritsen GRAVITY Copyright © 1999 by Tess Gerritsen © В. Бабенко, перевод, 2015 © Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015 Издательство АЗБУКА® Благодарности Я не смогла бы написать эту книгу без великодушной помощи сотрудников НАСА. От всего сердца хотелось бы поблагодарить: Элла Кэмпиона (отдел по связям с общественностью НАСА) – за потрясающую экскурсию по Космическому центру имени Джонсона; руководителей полетов Марка Киразича (МКС) и Уэйна Хейла (шаттлы) – за то, что объяснили, в чем состоят их сложные функции; Неда Пенли – за рассказ о процессе отбора полезной нагрузки; Джона Хупера – за то, что познакомил меня с новой модификацией корабля аварийного спасения; Джима Рейтера (Центр космических полетов имени Маршалла) – за то, что растолковал мне, как на МКС работает система регулирования окружающей среды и обеспечения жизнедеятельности;

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Министерство обороны использовало «СиСайенс» в качестве прикрытия, – продолжал Джек. – Вы заплатили им, чтобы послать на станцию свой эксперимент. Чтобы скрыть тот факт, что организм представляет интерес для военных.

Роман скользнул к лифту, пытаясь сбежать.

Джек схватил его за ворот лабораторного халата:

– Это не биотерроризм. Это ваша гребаная ошибка!

Лицо Романа побагровело.

– Я не… не могу дышать!

Джек отпустил его, и Роман сполз по стене на пол, его ноги ослабли. Некоторое время он молчал, неуклюже развалившись на полу и пытаясь отдышаться. Когда он наконец заговорил, он мог только шептать:

– У нас не было другого способа узнать, как он себя поведет. Как этот организм изменится в отсутствие гравитации…

– Но вы знали о его внеземном происхождении.

– Да.

– И вы знали, что он Химера. Что у него уже есть ДНК земноводного.

– Нет-нет. Этого мы не знали.

– Не врите мне.

– Мы не знаем, как ДНК лягушки попала в его геном! Вероятно, это случилось в лаборатории доктора Кёниг. Какая-то ошибка. Она обнаружила этот организм в рифте, и именно она в итоге поняла, что это такое. В «СиСайенс» знали, что мы заинтересуемся. Организм внеземного происхождения – конечно, нам это было интересно! Министерство обороны оплатило эксперименты КС-235. Мы профинансировали отправку груза на МКС. Нельзя было посылать его как военный груз. Возникло бы слишком много вопросов, и пришлось бы пройти слишком много проверочных комиссий. В НАСА заинтересовались бы, с чего это военные так носятся с безвредными микроорганизмами. Но никто не поставит под сомнение частный сектор. Так что организм отправился на станцию в качестве коммерческой полезной нагрузки, которую оплатила компания «СиСайенс». А доктор Кёниг стала научным руководителем проекта.

– Где доктор Кёниг?

Роман медленно поднялся на ноги.

– Она погибла.

Джек удивился.

– Как? – тихо спросил он.

– Несчастный случай.

– Вы думаете, я этому поверю?

– Это правда.

Джек мгновение пристально изучал собеседника и понял, что Роман не врет.

– Это случилось более двух недель назад в Мексике, – пояснил Роман. – Сразу после ее увольнения из «СиСайенс». От такси, в котором она ехала, ничего не осталось.

– А сотрудники ВИМИИЗа поехали обыскивать ее лабораторию? Вы же отправились туда не для того, чтобы расследовать, верно? А чтобы убедиться, что весь ее архив уничтожен.

– Мы говорим о внеземной форме жизни. Об организме, который оказался опаснее, чем мы это представляли. Да, эксперимент стал ошибкой. Привел к катастрофе. Только представьте, что могло бы случиться, если бы информация просочилась к международным террористам?

Потому НАСА и держали в неведении, чтобы правда никогда не открылась.

– Вы еще не видели самого худшего, доктор Маккаллум, – произнес Роман.