Руби удивилась, услышав недовольные нотки в его голосе. Неужели он думает, что она такая идиотка, что примет приглашение его сестры?
— Да, очень мило с ее стороны, но я не смогу приехать, — твердо ответила она. — В октябре у меня ужасно много работы — Хеллоуин, сам понимаешь.
Как бы сильно ей ни хотелось вернуться сюда, она ни за что этого не сделает. Увидеть, как Кэл обнимается со своей потенциальной новой пассией? Нет уж, увольте.
И все-таки Руби почувствовала себя уязвленной, когда Кэл никак не отреагировал на ее замечание.
— Понятно, — сказал он через несколько минут — и все.
Руби тяжело сглотнула. Да что же с ней происходит? Чего она ждала? Что он предложит ей вернуться сюда в роли его девушки? Этого никогда не случится. Да, прошлой ночью он занимался с ней любовью так, словно не мог жить без нее. Да, она заметила удивительно восторженное выражение его лица, когда Мия, задув свечи, вдруг крепко обняла его. Да, она помнила странное, растерянное выражение его лица, когда час назад он вернулся в дом вместе с Мэдди, судя по всему поговорив с ней так, как предложила ему Руби. Все это не важно.
Секс — прекрасный, великолепный секс — все, что их связывало. Да, Руби нашла родственную душу в Мэдди и легко сошлась с Раем и Мией, разумеется, ей тяжело думать о том, что они больше никогда не увидятся. Неудивительно, что она немного расклеилась. Кэл не имел к этому никакого отношения. И безумная надежда на продолжение отношений, родившаяся во время праздника и окрепшая при прощании с Мэдди и ее семьей, — тоже. Ей вовсе не хотелось, чтобы он спросил об их следующей встрече. Руби не ждала, когда ее пригласят на свидание, она сама назначала его, если хотела. А если не хотела, то не назначала. Восхитительные ночи с Кэлом вскружили ей голову, от них нелегко будет отказаться, но сделать это необходимо.
Хотя этот день немного пошатнул ее уверенность в том, что Кэл может быть интересен ей исключительно в плане плотских утех. Сегодня она обнаружила такие стороны его натуры, о которых не подозревала: глубина, духовная целостность… То, что глубоко внутри он так же уязвим и чувствителен, как большинство людей. Однако заводить семью, связывать себя обязательствами Кэл все равно не хотел, и Руби не могла изменить это.
— Не возражаешь, если я вздремну? — спросила она, повинуясь внезапному порыву оградить себя от его возможного внимания, которое только разбередит рану.
— Нисколько.
Его голос прозвучал немного обиженно, но посмотреть на него Руби не смогла. Она постаралась расслабиться. Ей очень хотелось крепко проспать всю дорогу, чтобы глупые мысли перестали клубиться в голове, а слезы — жечь глаза.
«Приди в себя, Руби Делисантро. Ты еще не готова к тому, что есть у Мэдди и Рая.






