Она не хотела привязываться к кому-то так безраздельно и бесповоротно. В Корнуолле она сказала Кэлу, что любовь — серьезное мероприятие, которое не ограничивается удовлетворением первобытных инстинктов. Но что, если на самом деле любовь обрушивается на тебя, стоит только отвернуться, и невозможно сказать ей «нет»?
Руби тряхнула головой. Нет, это просто нелепо! Это все из-за ее поездки к Мэдди. Она насмотрелась на счастливую пару, и в ней проснулась давно подавляемая тяга завести любящую, крепкую семью, сдерживаемая страхом перед тем, что счастье может за секунду обернуться катастрофой. И вот, глядя на Мэдди и Рая, она снова почувствовала эту полузабытую тоску и подсознательно выбрала Кэла в качестве ее объекта. Ничего удивительного в этом не было. Руби при первой же их встрече поняла, что Кэл не похож на остальных мужчин. Его одобрение со временем стало очень важно для нее. Его общество доставляло ей невероятное удовольствие, а после того, как она обнаружила доселе неведомые и неожиданные глубины его души, она почувствовала, что между ними установилась особая связь. Все это делало его идеальным кандидатом на роль мужа и отца ее детей. И вот это как раз было нелепо.
Кэллум Уэстмор не хотел жениться, не хотел заводить детей и семью. Он сам сказал об этом, а люди обычно не шутят такими вещами. А учитывая то, через что Кэлу пришлось пройти из-за его отца, неудивительно, что он никому не доверял.
И все-таки Руби не могла не думать о нем. Она прошла все стадии от необычайного оживления, вспоминая о времени, проведенном вместе, до невыносимой печали при мысли о том, что они никогда больше не увидятся. В результате она стала плохо спать, плохо работать, вообще перестала функционировать как нормальный человек. И сообщить об этом Кэлу не могла. Что она скажет ему? Что она хочет продолжить то выходное безумие? Что она хочет чего-то посерьезнее? Он доходчиво объяснил, что ничего такого не хочет. И потом, как все объяснить ему, если она не может объяснить это самой себе?
Одно было ясно: надо прекращать так много об этом думать.
— Это как-то связано с тем парнем? — мягко спросила Элла, смазывая руку Руби антисептическим гелем. — Кэллумом как-его-там?
Руби вздохнула:
— Как ты догадалась?
Она очень старалась, чтобы ее сумасшествие никак не проявлялось, отчаянно сопротивлялась желанию обо всем рассказать Элле, потому что это только запутает все. К тому же вплоть до этого утра она еще надеялась, что все ее уныние и тоска проистекают из того, что приходится отказываться от такого потрясающего секса.
Наверное, пришла пора посмотреть правде в глаза.
Скорее всего, ей не удастся совсем забыть Кэллума, в конце концов, такой потрясающий секс нечасто встречается.






