Джозеф ухмыльнулся, и сорвавшись с места, хотел было налететь на живучую девку за секунду, но снова споткнулся на месте. В точь-точь пока она не резко взвела руку, и в ладони не оказался её же кулон. Он заметил на ней еле заметную лукавую улыбку, а из её ладони по запястьям капнула кровь. Она довольно сильно сжала кулон в кулак, даже не замечая этого, хотя по мере того как она не срывала с них глаз, Дэниел понимал что ей было наплевать. Её глаза вот что главное, они были не её. Это было словно полная противоположность Кейт. Подобно им.
- Че за...
- Закрой гортань! - Рявкнул он на Джозефа, у которого видимо на все был один вопрос.
Пустынными глазами она наконец посмотрела на свой кулак, и начала нашептывать. Дэниел различал - язык латыни. Былая победа от его правоты, по меньшей мере, убывала. Но исчезла она полностью, когда вокруг них снова зажегся тот самый круг.
Она снова вернула свой обжигающий взгляд и резко взвела руки, вскрикнув какие-то слова. Кулон полностью пропечатался к её ладони. А пламя неестественно двинулось к ним. Точнее к Джозефу.
- Че за хрен она делает.
Дэниел тщательно следив за полоской пламенем, вскоре понял, что оно принимало какие то очертания. Середина снова загорелась, разрезая круг пополам, но другие две полосы медленно сдвигались в сторону Джозефа. Одна из них шла с начала середины, другая с со стороны Кейт, стоящей ровно перед ними. А Джозеф в свою очередь замешкался, вернее почти что затоптался от нерешительности. Включив скорость, он снова попытался двинуться на неё, но оттолкнулся .
- Ах, ты су... - тогда он двинулся назад, стуча кулаками по прозрачной стене воздуха.
Но внезапно он застыл и повернулся. И еще одно - то, что впервые снова увидел Дэниел, на его лице чисто на чисто не должно было быть и места, красовался страх. Он боялся её.
- Нет...- Он резко издал гортанный звук и Дэниел понял, что это последнее что он возможно скажет в своей никчемной жизни.
Демон схватился за грудь, его лицо исказилось в неподдельном ужасе. Неужели каждый монстр боится смерти, прожив столько лет, не то и сотен лет, ему жалко умирать? Или ему жалко подпечь свои крылышки в аду?
Не отрывая от неё глаз, он упал на колени. Он открыл рот и воздух застрял изнутри. И из-под уголка рта потекла тонкая струйка черной слизи. Он захрипел, и этот звук был сходен ножу режущий ржавчину. Его вены набухли и появились на его лице, словно маленькие тонкие нити или ветки дерева, прорастающие от самого его сердца. И миг, он замер и падает, перед тем как показать истинный облик чудовища. Его кожа истощилась, а от него остались лишь черные кости, валяющие на земле. И Дэниел смеялся, смеялся и смеялся.






