ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергей — обладатель необычного дара. Своим желанием он может поднимать мертвых и повелевать ими, а чужая боль способна сделать из него сверхчеловека. Можно долго рассуждать об этической и моральной стороне этой Силы, но, по крайней мере, благодаря ей он все еще жив. Теперь негласный лидер преступной Золотой Десятки хочет использовать Сергея в своих делах, шантажом вынуждая играть по чужим правилам, а старый генерал Сухов загорелся пламенным желанием захомутать перспективного медиума в свое ведомство. Но у Секирина совсем другие планы, и идти у кого-либо на поводу он не собирается. На его совести уже повисло почти два десятка трупов, и он готов к тому, что их станет гораздо больше.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И тут же распахивается калитка, впуская еще двух действующих лиц.

— Э, вы херли разорались, придурк… твою мать! — Увидев над своими бессознательными товарищами каких-то посторонних мужиков, последний наемник упер приклад своего оружия себе в плечо и дернул затвор, приготовившись к стрельбе. Но вот только не успел он даже поднять ствола, как его смел на землю слаженный бросок сразу двух марионеток.

Четвертый же, мгновенно оценил ситуацию и понял, что тут явно не безопасно, так что просто задал стрекача, бросив всех своих сообщников. Один из марионеток бросился было следом, но догнать не успел. Физическая подготовка при жизни его явно подвела, и без подпитки чужим животным страхом он оставался все таким же увальнем.

А беглец, тем временем, запрыгнул в машину и дал по газам в противоположную сторону от той, где ждал меня автомобиль с оставшимися после «Бойни» мертвецами.

Какое-то время я колебался, размышляя, стоит ли отправить их в погоню. Я узнал этого четвертого, и мое сознание просто затопила всепоглощающая ненависть. Андреев, мразь поганая, ты снова объявился! Но здравый смысл одержал победу, что не совсем характерно для меня в последние недели. Я побоялся, что сорокакилометрового поводка может не хватить марионеткам, чтоб его догнать, или что я вовсе потеряю его в запутанной паутине московских дорог. А кроме того, мне наверняка понадобится транспортировка до больницы, так что машину лучше подогнать поближе, а не пускать в отчаянное преследование.

Сила утекала со скоростью воды из дырявого бурдюка, так что я забыл на некоторое время об Андрееве, обещая себе позаботиться о нем позднее, и принялся за пленников. Первой «батарейкой» стал стрелок с карабином. Его подтащили и уложили на ступеньки невысокого крыльца, на котором я до сих пор валялся, не имея сил пошевелиться. Один из марионеток резким движением оторвал у него рукав и, скомкав из ткани длинный продолговатый кляп, запихал его наемнику настолько, что тот аж очухался и с трудом сумел побороть рвотный рефлекс.

Ну что, поехали? Пришло время отвечать за свои деяния. Стоящий позади стрелка покойник до хруста завел ему распрямленные руки за спину, параллельно упершись коленом в спину. Пленник замычал, мотая головой, а вокруг меня заструились миазмы чужой боли, в которые я с большим удовольствием окунулся. Сразу стало легче, исчезло онемение, стягивающее грудь подобно колючей проволоке, каждая попытка сделать глоток воздуха перестала терзать меня болезненными спазмами, и я даже теперь смог немного пошевелить пальцами.

Второй марионетка подошел к разложенному на крыльце пленнику, немного повозился с его сжатыми кулаками, которые наемник упорно не хотел разжимать, и, в конечном итоге ухватился и отогнул ему мизинец.