ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Минуло едва полтора года, как Михаил Гарин, пожилой инженер-айтишник, переселился в самого себя, юного Мишу. Он пишет программы, невиданные в 1975-м, и совершает открытия, делится послезнанием с Политбюро, бегает от ЦРУ и КГБ, переходя, когда надо, на сверхскорость, исцеляет больных, аки Христос… И Советский Союз потихоньку нащупывает новый путь, уходит с курса, ведущего к гибели. Вот только жизнь его спасителя простой и легкой не назовешь. Миша активно вмешивается в политику, создает первую в мире электронную почту, а по его следам идут убийцы… И тут, как назло, он теряет свои сверхспособности, становится как все! С одной стороны, хорошо – теперь у Миши нет особых примет. А с другой… Как справиться с профессиональными киллерами обычному старшекласснику? Как спастись самому – и спасти СССР?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поведя лучом фонарика, Платек сразу увидел бронированный сейф. С ним придется повозиться, но «солдат Господа» чему только не обучали. Пришлось освоить и нелегкое ремесло медвежатника – в жизни пригодится.

Отложив «вальтер», поляк накернил вбоины в нужных местах и вынул пакет молока. Верезжание дрели заметалось по кабинету, проникая, казалось, за стены и долетая до Ареццо. Тонкая белая струйка сливалась с мельтешащей тенью сверла, парила и словно обращалась в металл, завиваясь блестящей стружкой.

Двадцать минут спустя Томаш отворил изуродованную дверцу.

Все было так, как сказал Миха. Вот они, досье! Платек перебрал пухлые записные книжки в дорогих кожаных переплетах, пролистал бумаги с грифом «Секретно». Кардиналы, министры, генералы Сантовито и Грассини[47], адмиралы Торризи и Биринделли…

Италией правят с виллы «Ванда»? С ума сойти…

Перекидав бумаги в сумку, Томаш выпрямился и замер.

В дверях кабинета поигрывал револьвером мужчина в возрасте. Его синий костюм из альпаки был слегка обрызган дождем, а на усталом лице, клейменном всеми пороками, выделялись глаза – они горели злобным торжеством.

– Не дергайся. – В скрипучем голосе сквозила насмешка. – Нет, ты, конечно, можешь рискнуть и прыгнуть за своим оружием, но пуля быстрее. Кстати, совершенно незачем было курочить мой сейф – золото я храню в подвале…

– Ты – Личо Джелли? – хладнокровно спросил Платек.

– Я – Личо Джелли, – признал хозяин виллы.

Томаш медленно откачнулся к несгораемому шкафу, и ствол пистолета последовал за ним, зорко и опасно чернея дулом.

«Личо стар, былая выучка ушла в жирок, – напряженно думал поляк. – Рука устанет держать тяжелый «кольт», опустится… Выгадаю мгновенье…»

– А это не то ли золото, что фашисты-усташи стяжали у Карагеоргиевичей? – усмехнулся он.

– Остатки! – довольно хохотнул Джелли и тут же напрягся. – Ты мне тут зубы не заговаривай! – Ствол качнулся вверх. – Руки за голову!

Платек послушно сложил ладони на затылке.

– Тебя называют «Кукольником», – неспешно заговорил он. – Ты дергаешь за ниточки нужных марионеток в правительстве, в церкви, в армии… А кто твой кукловод? Сатана?

Пальцы скользнули за шиворот, нащупывая рукоятку стилета.

– Ну, я еще не настолько велик, чтобы заинтересовать силу, которая творит добро, всему желая зла, – усмехнулся Личо. Дрогнув, пистолет мелкими толчками пошел вниз, мотнувшись в сторону двери. – На выход! Ты и так испортил мне кресло мозгами Чезаре. Не хватало еще, чтобы твои извилины заляпали мой кабинет!

Томаш мягко улыбнулся – и метнул стилет. Тонкое хищное жало вошло в шею Джелли по рукоять. «Кукольник» заклекотал, две пули ушли в пол.

– Во имя Господа! – сурово сказал Платек.