ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иван и думать забыл об эпизоде, когда его отблагодарил аксакал, проведя странный ритуал и дав непонятное напутствие. Прошло не так много времени, и пули киллера стали толчком к началу новой жизни… в другом мире и теле. Отброшен назад, и реальность другая. Несколько ключевых событий в России восемнадцатого – девятнадцатого веков пошли по другому сценарию. А на дворе сейчас 1903 год, царская Россия процветает, но мне-то известно, что устои расшатываются и все может рухнуть. Врагов много, а мне, бывшему военному и телохранителю, оказавшемуся в теле молодого паренька, предстоит заниматься различными, несвойственными мне ранее делами. Звон сабель, свист пуль, драки и приготовление лекарств для спасения людей… Придется пройти трудный, но увлекательный путь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В плечо ударяет очередная пуля, императрица что-то мне раздраженно кричит, вижу ее рот под сбившейся вуалью, а я, навалившись на нее всем телом, начинаю терять сознание. Но успеваю увидеть, как в стрелка́, покусившегося на императрицу, в висок попадает пуля и во все стороны летят брызги крови. В уши врываются звуки, в зале слышится перестрелка, визг и крики. Ротмистр стоит на колене и палит в сторону второго стрелка, с кем переглядывался «облитый». Из перестрелки победителем выходит Вениамин Николаевич, хотя и у самого плечо в крови. Несколько военных кого-то бьют, и дамы, побросав веера, стремительно бегут к выходу. Н-да, прием сорван, но главное – покушение не удалось. Шум в ушах нарастает, глаза закрываются, успеваю лишь услышать, как императрица кричит:

– Врача! Немедленно врача!

Глава 19

Будем жить

Очнулся в кромешной тьме, первое время никак не мог понять, что, собственно, произошло и почему такая дикая боль во всем теле, стоит лишь немного повернуться. Память, как это обычно случается, вернулась толчком. Вспомнив последние события, ругнулся на то, что начал действовать не сразу. Чего дожидался-то, спрашивается?! Секунд пять, а то и десять упустил! За такое время много чего можно наворотить. Фиг с ним, теперь ничего не поправить, но, надеюсь, императрица выжила. В нее-то вроде стрелок не попал, но уверенности нет. Зато меня нафаршировал прилично. Судя по ощущениям, три ранения. Нога и плечо не слишком волнуют, но вот спина… Тем не менее поступил бы так же вновь. Попытался сесть – не вышло, да что там сесть! На бок и то перевернуться не сумел. А во рту сухо, пить хочется – спасу нет. Глаза стали привыкать к темноте, смог очертания комнаты увидеть. Нет, это не лазарет или госпиталь, там шелковых простыней нет, да и ложе больно широкое. Неужели меня оставили в резиденции? По всей видимости, так оно и есть. Свет из окна немного развеял темноту, луна из-за туч выглянула.

У кровати стоит низенький резной столик, на нем бутылка, пара бокалов, графин со стаканом, ножницы и бинты. Придвинутое кресло, на котором чья-то одежда (моя?), люстра под потолком из хрусталя, на висюльках которой играют блики от света луны. Мне нужен графин, бутылка с алкоголем не интересует – хотя и поможет забыться и боль таким образом снять, но она не сможет удалить сухость во рту. Неимоверными усилиями, минут за десять (так показалось) сумел придвинуться к краю кровати и обхватить графин правой рукой, порадовавшись на мгновение, что ранен в левое плечо. На этом мой успех закончился: поднять графин не представляется возможным, у меня не хватает сил! Зато дверь открылась, и кто-то вошел в комнату.

– Профессор, так вы можете мне прямо ответить, как состояние Ивана? – спросил смутно знакомый голос, но с требовательной интонацией.