— Я проделал огромное количество работы в этой области и прочел массу научных книг. Всего Джадина, Обиджази, Кромвилла… О, всех их, знаете ли.
— Я, конечно, слышал об этих авторах, — ответил Хардин, — но никогда не читал.
— А стоило бы, мой дорогой друг. Знания не пропадают. Я был изумлен и счастлив, найдя здесь на периферии копию Ламета. Поверите ли, в моей библиотеке эта копия отсутствует. Кстати, доктор Пирени, вы не забыли своего обещания сделать для меня эту копию?
— Буду только рад.
— Ламет, знаете ли, — продолжал канцлер торжественно, — Рассматривает новый и крайне интересный вопрос, который добавляет к моим предыдущим знаниям новое к «Вопросу о происхождении».
— Что это за вопрос, — переспросил Хардин.
— Вопрос происхождения. Место происхождения человеческой расы, знаете ли. Ведь конечно, вы знаете, что считают, что когда-то человеческая раса занимала лишь одну планетную систему.
— Да.
— Бесспорно, никто уже точно не знает, что это была за система, затерянная в дымке времени, знаете ли. Однако, существуют разные теории. Сириус, как говорят некоторые. Другие настаивают на Альфа Центавра, понимаете ли.
— А что говорит Ламет?
— О, он идет по совершенно новому пути. Он старается доказать, что археологические ископаемые третей планеты Арктура доказывают, что человечество существовало там еще до того, как существовали космические перелеты.
— И это означает, что именно тогда эта планета была колыбелью человечества?
— Вероятно. Надо тщательно изучить и взвесить все обстоятельства, прежде чем я скажу с уверенностью. Надо же посмотреть, насколько компетентны его утверждения.
Некоторое время Хардин молчал. Потом он спросил:
— Когда Ламет написал эту книгу?
— О, я думаю примерно восемьсот лет назад. Конечно, он в основном опирался на предыдущую работу Глина.
— Зачем же тогда доверять ему? Не проще ли полететь на Арктур и самому изучить раскопки?
Лорд Дорвин поднял брови и быстро втянул в себя табак.
— Да, но с какой стати, мой дорогой друг?
— Для, того чтобы получить информацию из первых рук.
— Но где необходимость? Это какой-то очень сложный и запутанный метод получения информации. Смотрите сами, у меня собраны работы всех старых мастеров, великих археологов прошлого. Я сравниваю их друг с другом, нахожу разногласия, анализирую противоречивые суждения, решаю, какое из них наиболее правдивое и прихожу к заключению. Это и есть научный метод. По крайней мере — так я его понимаю. Как неимоверно грубо будет отправляться на Арктур, или например, в Солнечную систему, и шататься по планетам, когда великие ученые прошлого уже изучили все куда более эффективно, чем мы можем когда-либо надеяться.
— Я понимаю, — вежливо пробормотал Хардин.






