Много сочиняют, тебе ли не знать, — хмыкнул старик. — Перестраховываются, как всегда. Один ляпнул — и понеслось. А эти репортёришки, им лишь бы преувеличить. Всё за просмотры борются, да за охваты. Тьфу на них! Я больше мошеннику из подворотни поверю, чем этим негодяям.
— Почему они негодяи? — удивилась Настя.
— Ох, Настюша, обманывают они нас, вот почему, — снисходительно улыбнулся Захарыч. — Ну откуда вирус Гаусса в Подмосковье? Кто его бы пропустил из Китая или Африки? Там на границе так всё проверяют, что ни одна лишняя молекула не проскочит.
— Ой, ладно вам, с вами спорить, Егор Захарович… — хихикнула Виктория.
— А вы не спорьте, послушайте мудрого человека, — улыбнулся старик.
На этом наш обед завершился. Мы с Настюхой вернулись в приёмную, и в этот момент в приёмную зашла целая процессия. Пациента поддерживали два крепких парня, рядом шла скорее всего супруга больного.
Сам же пациент, усатый мужчина лет пятидесяти, в очках и тёмном костюме, выглядел очень плохо. Он задыхался, а его лицо и шея были отёчными. Также я отметил свистящее дыхание.
— Всё хорошо, я просто… ингалятор дома забыл, — просипел он.
— Дорогой, он тебе не поможет, — вздохнула женщина с собранной на голове косой. На её лице размазалась тушь от выступивших слёз.
— Сразу на кушетку, — пригласил я пациента. Когда они довели его, я попросил их покинуть приёмную.
— На что жалуетесь? — спросил я у мужчины.
— Барон Афросимов, — представился пациент, с трудом выговаривая слова. — Горло будто сжалось… не могу вдохнуть… и вот, лицо распухло.
— Глотать тяжело?
— Да… и будто застряло что-то…
Я не стал больше его мучать, решил опросить женщину.
— Вы его супруга? — обратился я к ней.
— Да, жена, — кивнула женщина, вытирая слёзы платком. — Два часа назад поел рыбу, орехи, выпил бокал вина. Затем Володя пожаловался на лёгкий зуд нёба. И через полчаса всё отекло, он начал задыхаться. Хорошо, что у нас машина была у дома…
Барон засвистел, затем принялся кашлять, причём кашель был лающим.
— То есть вы сразу поехали в нашу клинику? — предположил я. — Это важно.
— Да, десять минут в дороге, — закивала супруга и в надежде взглянула на меня. — Вы сможете его вылечить? Он ещё гипертоник. Я грешу на очередной приступ гипертонии.
— Кашель появился давно?
— Ох, давно, да. Долгое время лечились от хронического бронхита. Но вроде всё прошло.
— Понятно. Ваш супруг что-то принимает из лекарств? — поинтересовался я, сплетая диагностический щуп.
— Да, как всегда. Эналаприл, — супруга погладила барона по руке. — Тихо, Володенька, всё будет хорошо.
— И долго он его принимает? — задал я очередной вопрос, ловя себя на мысли, что пока ничего непонятно.
— Последние восемь месяцев.






