Вот сейчас таблетки пьёт, и нам ещё ингалятор прописали, там тоже эналаприл содержится и какие-то травы, не помню. А мы ингалятор забыли дома, представляете? Так спешили… — призналась супруга барона. — Но ранее подобных эпизодов не было. Это просто… ужас какой-то…
— У него аллергия есть на цветущие растения или продукты? — спросил я на всякий случай, но уже знал ответ.
На лице нет даже малейшего признака крапивницы, кожа нормального оттенка. Но она уже начинает приобретать бледный цвет.
Асимметричный отёк лица увеличивался на глазах. Язык барона уже распух и мешал вдохнуть. Лёгкие почти не поднимались при вдохе и Афросимов дышал часто и с уже более чётким свистом.
— Настя, готовь скальпель, — сухо и довольно громко обратился я к Насте.
— Коникотомия? — спросила ассистентка, бросаясь к шкафчику.
— Да, — кивнул я в ответ.
Я не успеваю продиагностировать барона. И единственное решение сейчас — дать возможность его лёгким спокойно работать. А уж потом я методично и не спеша разберусь, что происходит на самом деле с его организмом.
Настя первым дело подала мне нож, на всякий случай протирая его спиртовой салфеткой.
— Зачем это? — округлила глаза баронесса. — Вы что, собираетесь резать Володю⁈ Боже, можно обойтись без этого? У него всего лишь приступ. Подождите!
Барон засипел, выкатывая глаза. Ухватил свою жену за руку.
— Не-ет! — выпалил он. — Ингля… то… дайте… мне…
— Пока мы будем ждать, ваш супруг умрёт от удушья, — пристально взглянул я на супругу. — Решайте быстрее. У нас всего пятнадцать секунд, может даже меньше.
— Ох, я не знаю, — всхлипнула растерянная Афросимова.
— Не-ет, я запрещ-ща!.. — зашипел барон и упал на кушетку.
— Я тоже против! — баронесса округлила глаза, вцепившись в мой рукав. — Вы же лекарь! Вы можете справиться без этого ножа! Спасите его!
Я тяжело вздохнул. Осталось не более пяти секунд. И тратить их на разговоры я был не намерен.
----------
Глава 20
Глава 20
Барон Афросимов был на грани и уже не мог дышать, вываливая опухший язык. А его супруга злобно посматривала на меня.
— Я запрещаю вам резать моего мужа, — вновь прошипела она. — Вы угробите его.
Я лишь ухмыльнулся в ответ, затем дотронулся до руки баронессы, выплёскивая в её организм анестетик. Добро пожаловать в глубокий наркоз, сударыня.
Настя поддержала Афросимову, укладывая ее на соседнюю кушетку у окна.
Такой же наркоз получил и барон. Как только он затих, я поднёс скальпель к мембране Афросимова, расположенной чуть выше кадыка, затем сделал надрез, добираясь до гортани. Кровь потекла по шее пациента, и Настя вовремя подала изогнутую трахеостомическую трубку, убирая следом кровь впитывающими салфетками.
Еле дыша, я просунул трубку в гортань Афросимова.






