В общем, с появлением тайпинов на прииске дело сразу пошло на лад. Добыча золота резко подскочила. Иной раз с одной кубической сажени песков мы намывали по фунту и более драгоценного металла! Похоже, наши раскопки действительно пришлись на самую богатую часть золотоносной жилы, на то самое «погребенное русло», о котором я смутно помнил из прошлой жизни.
Однако важно было не потерять голову от первых успехов на прииске. Заканчивался сентябрь, по утрам уже чувствовались первые настоящие заморозки, столбик импровизированного термометра, который Изя смастерил из какой-то склянки и спирта, неуклонно полз к нулю. Оставлять почти полторы сотни человек без крыши над головой в преддверии сибирской зимы было бы верхом безрассудства. Поэтому, несмотря на сильное желание добывать как можно больше драгоценного металла, приходилось стискивать зубы и направлять значительную часть рабочих рук на строительство.
Мои артельщики к тому времени успели построить две избы для себя и один длинный барак для первой партии новичков-беглых, а также срубили неплохую баню, которая стала настоящим центром притяжения для всего нашего разношерстного коллектива. А заодно конюшню, в которой обретался наши четвероногие друзья, да и сена бы заготовить на зиму для них не мешало бы. Теперь же нам потребовалось еще как минимум четыре больших и теплых барака, в каждом из которых можно было бы разместить по тридцать-сорок человек для начала.
Разумеется, именно тайпинов мы и направили в первую очередь на их строительство, под общим руководством Тита, который, как все деревенские мужики, вполне сносно разбирался в плотницком деле. Лес валили тут же, благо его вокруг хватало с избытком. Работа спорилась, хотя и шла медленнее, чем мне хотелось бы. Кроме того, я твердо задумался об установке высокого частокола вокруг всего нашего поселения — ответный визит хунхузов или людей Тулишена рано или поздно был более чем вероятен. Нужно было заранее продумать, как мы станем отбиваться, если нагрянут незваные гости.
Репутация — это хорошо, но крепкие стены и заряженные ружья — еще лучше.
Впрочем, опасность подстерегала нас теперь не только снаружи, но и изнутри. Конечно, было бы глупо безоглядно доверять сотне с лишним бывших каторжников-тайпинов, пусть даже они и принесли клятву верности. Сегодня они услужливы и благодарны за спасение, но что будет завтра, когда они освоятся, наберутся сил и поймут, что их здесь подавляющее большинство? По этому поводу я провел с нашими старыми артельщиками: Левицким, Изей, Сафаром, Захаром, Титом, Софроном, а также с Ороканом — небольшое совещание.
— Первое и главное, братцы, — сказал я, когда мы собрались вечером у костра. — Всегда ходите с оружием. Ружье или Лефоше под рукой — самое верное дело.






