Просто так сказал. Само вылетело. Но Прорвич засмеялся. Тоненько и противно.
— Кровь крови — рознь, — заявил он. — Её брать — уметь надо. Мелкий, ты уснул, что ли? Сомик, помоги ему, не то он вдругорядь в пузо получит.
Но Сергей отбиваться не стал. Сделать он ничего не мог и думал напряжённо: что бы такое сказать, чтоб поганца проняло?
На ум ничего не приходило. Весь опыт, что прежний, что нынешний, пасовал перед упорством жреца, вознамерившегося порадовать своего демона.
— Смотри, что у него есть, бать!
Как и следовало ожидать, приспешники Прорвича обнаружили ведунов нож.
— Ого! — Прорвич принял находку.
И очень заинтересовался. Изучал не меньше минуты.
— Откуда этот у тебя?
Сергей не ответил.
Но ответ тем не менее прозвучал. И вполне отчётливо.
— Я дал.
----------
Глава 37 Ведун — тот, кто ведает
Глава 37 Ведун — тот, кто ведает
Вот уж кого Сергей не ожидал услышать, так это Избора.
Дважды его вспоминал нынче. Видать, услышал. Хотя проведал будет точнее. Вряд ли совпадение. Совпадения — это не про Изборову профессию.
У ног ведуна, повизгивая от преданности, тёрлись животами о землю злобные хуторские псы.
А вот в голосе Прорвича преданности не было:
— Зачем ты здесь, слуга Черногривого?
— Слуга — это ты, — ведун неторопливым шагом приблизился к Прорвичу, отобрал у него нож со словами: «Свой есть, чужое не хапай» и повернулся к Мелкому со старостой: — Ну-ка, отпустили княжьего человека!
Староста повиновался, Мелкий нет. Может, просто соображал медленно. Надо помочь. Сергей выдернул из хвата ноги и из положения лёжа пробил вверх, на этот раз попав, куда целил. А затем, махом, встал на ноги. Не сказать что особенно ловко, но попробуй ловчее, со спущенными-то штанами.
Прорвич рыпнулся к нему, но Избор встал на пути, и, хотя Прорвич был намного крупней, моложе да ещё и с тесаком в левой руке, но отпихнуть ведуна не рискнул. Попытался обойти.
Избор позволил. Но не сразу. Секунд через десять. За это время Сергей избавился от штанов. Нельзя сказать, что у него сейчас были высокие боевые характеристики. Руки-то по-прежнему связаны за спиной, а одними босыми пятками против человека со здоровенным ножом не особо повоюешь. Но хоть перемещаться можно.
Прорвич, впрочем, колоть-рубить не стал. Сунул тесак за пояс, растопырил руки и попытался сгрести Сергея в охапку. Тот увернулся, проскользнул сбоку и пнул хозяина хутора в зад.
За спиной Сергея раздался смех. Ведун веселился. Но смехом не ограничился. Скрип железа, разрезающего кожу — и руки Сергея освободились.
И тут же в правую ладонь легла знакомая рукоять знакомого заговорённого ножика.
Теперь засмеялся Сергей. Ну, погань, держись! Ещё бы обувь какую-нибудь. Без штанов воевать можно, но босиком — как-то непривычно.






