— Всё хорошо, Иван Митрофанович. Его императорское высочество дал согласие посмотреть все наши выступления.
— Хорошо ему. Мы тут все извелись, а он спокойно с самим государя наследником разговаривает да с генералами. Я слова все забыл, которые неделю учил, когда цесаревичу хлеб-соль вручал, а он десять минут чего-то рассказывал! — Атаман повторно вытер пот со лба. — А кто второй-то генерал в свите да контр-адмирал? Генерал-губернатора Корфа мы знаем.
— Его высокопревосходительство генерал-майор Свиты Его Величества князь Барятинский — начальник императорской охоты, обер-егермейстер Высочайшего двора и личный друг императора Александра III. Он старший в свите цесаревича.
— Ох, боже ты мой, — испуганно выдохнул дед Митрофан Савин.
— А морской генерал — это контр-адмирал Басаргин. Состоит в Свите Его Императорского Высочества флаг-капитаном. Был флагманом отдельного отряда кораблей, на которых цесаревич совершил плавание от Триеста до Владивостока.
— Господи, начальство-то какое, — тяжко вздохнул старый Феофан Подшивалов.
— Ты это! Не подведи, Тимофей! За честь станицы и округа отвечаешь! — дед Давыд Шохирев в волнении теребил правой рукой свою роскошную бороду. — А то пошли на поводу у Митяя Широкого с твоей показухой. А вдруг наследнику не понравится?
Вперёд выдвинулся вахмистр Ширяев, раздвигая казаков своими широченными плечами.
— Господа казаки, обсуждали же всё на сходе. Поверьте, всё будет хорошо. Что видел наследник государя в других станицах, кроме Никольской? Встретили с хлебом-солью, лучшие наездники показали джигитовку. Вручили подарок наследнику, получили отдарки. И всё! А тут — целая казачья школа станицы Черняева. А чему казачат в ней учат — сейчас увидите. Я когда эту показуху, как это Тимофей называет, полностью увидел неделю назад, то обалдел. Такого точно нигде не увидишь. Так что всё будет лепо. Наследнику государя точно понравится!
— Дай бог, дай бог! — атаман Савин перекрестился, а за ним дружно перекрестились все казаки. — Беги, Тимофей, казачата уже построились.
Я развернулся и побежал к своим, но был остановлен окриком одного из атаманцев, который взмахом руки показал мне, что меня ждёт цесаревич. Развернувшись, побежал к наследнику.
— Что-то мы заждались, Тимофей. Давай начинай! — цесаревич приветливо махнул рукой, показывая, чтобы я встал рядом с ним.
Я развернулся и, увидев, что Ромка Селевёрстов смотрит на меня, дал ему команды выученными в отряде жестами спецназа: «Двое» и «Вперёд». После этого подошёл и встал рядом с наследником.
— Что ты сделал, Тимофей, когда поднял руку вверх и показал пальцами «виктория — победа», а потом этой же рукой махнул вниз? — спросил меня цесаревич.






