ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бронетранспортёр старшего лейтенанта Степана Алексеева, комвзвода морской пехоты ЧФ, на летних учениях возле Новороссийска внезапно глохнет и начинает тонуть. Степан выбирается последним и едва не гибнет. Вынырнув, он попадает не в тёплое море, а в ледяную воду, где вокруг — бойцы советского десанта, высаженного под Южной Озерейкой. Сейчас 4 февраля 1943 года, лишь несколько часов назад началась операция, что привела к созданию легендарного плацдарма «Малая Земля», сыгравшего решающую роль в освобождении Новороссийска. Сумеет ли старлей Алексеев вывести выживших морских пехотинцев из вражеского кольца, добраться до своих под Станичкой и повлиять на исход Новороссийской операции? Ведь в его времени он видел, как поисковики нашли среди останков одного из бойцов на плацдарме… его собственный перочинный нож.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И — да, рапорт я твой читал, причем внимательно. Но вопросы остались. Так что рассказывай подробненько и по минутам, как все происходило, когда движок после гидроудара заглох.

Сержант Санька Никифоров тяжело вздохнул:

— Товарищ старший лейтенант скомандовал всем наружу выбираться, через верхние люки. Это я четко запомнил — Витька Васильев от растерянности вниз полез, вот он на него и прикрикнул, мол, сдурел что ли? Приказал добираться до берега вплавь, там и на самом деле совсем недалеко было, до мелководья буквально считанные метры оставались.

— Уверен?

— Абсолютно. Когда дизель заглох, бэтэр почти сразу передними колесами в дно ткнулся, оно там круто на подъем идет. Тарщ лейтенант так и сказал, мол, метров пять проплывете, а там и дно нащупаете. Он больше волновался, чтобы пацаны автоматы не утопили, мол, не отпишемся потом.

— Ну, личное оружие вы не утопили, молодцы, — саркастически прокомментировал сказанное стоящий возле окна замкомбата майор Михальчук. — В отличие от своего командира…

— Сергей Михайлович, — не оглядываясь, буркнул Ткачев, — не встревай, пожалуйста. Продолжай, сержант.

— Так что продолжать-то? — шмыгнул носом Никифоров. — Я через свой люк вылез, да в море сиганул. Сперва волной накрыло, балла на три штормило. Ну, вынырнул, понятно, да поплыл. Метров через семь дно ногами нащупал, как тарщ старший лейтенант и говорил.

— А Алексеев почему сразу следом не вылез? Или ты так спешил до берега добраться, что даже и не оглядывался?

— Как это не оглядывался?! — вскинулся морской пехотинец. — Вот как дна коснулся, сразу и обернулся, узнать, как у него дела! Думал, может помощь понадобится.

— И?

— И — все… — угрюмо буркнул мехвод. — Бэтэр уже под водой скрылся, только вода кругом бурлила, и мусор всякий плавал. Ну, я разгрузку скинул, чтобы плыть не мешала, и обратно. Нырнул, раз, другой, третий. Машина уже на дне была, там всей глубины несколько метров всего, рассмотреть можно. Но товарища старшего лейтенанта нигде не нашел, только куртка его плавала. Когда он ее снять успел — не понятно.

— Все?

— Никак нет. За волноотражательный щиток его автомат ремнем зацепился, я его вытащил. Еще полевую сумку видел, но ее волной в сторону отнесло. Вот я и подумал, мол, если он и планшет выкинул, и куртку стянуть успел, значит, внутри его точно нет. Потому и не стал больше нырять. Решил, что его от меня волнами отнесло. Осуждаете, что не проверил?

— Нет, — отрезал Ткачев. — Ты все правильно сделал. Бронетранспортер уже вытащили на берег, тела твоего командира внутри не было. А вот на дне обнаружено два тактических жилета, его и твой. Куртку, правда, не нашли, а вот полевую сумку выбросило прибоем на пляж.

Комбат помолчал несколько секунд:

— Добро, сержант, свободен. В медчасть зайди, доктор требует.