ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бронетранспортёр старшего лейтенанта Степана Алексеева, комвзвода морской пехоты ЧФ, на летних учениях возле Новороссийска внезапно глохнет и начинает тонуть. Степан выбирается последним и едва не гибнет. Вынырнув, он попадает не в тёплое море, а в ледяную воду, где вокруг — бойцы советского десанта, высаженного под Южной Озерейкой. Сейчас 4 февраля 1943 года, лишь несколько часов назад началась операция, что привела к созданию легендарного плацдарма «Малая Земля», сыгравшего решающую роль в освобождении Новороссийска. Сумеет ли старлей Алексеев вывести выживших морских пехотинцев из вражеского кольца, добраться до своих под Станичкой и повлиять на исход Новороссийской операции? Ведь в его времени он видел, как поисковики нашли среди останков одного из бойцов на плацдарме… его собственный перочинный нож.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Морпех

Олег Таругин

Бронетранспортёр старшего лейтенанта Степана Алексеева, комвзвода морской пехоты ЧФ, на летних учениях возле Новороссийска внезапно глохнет и начинает тонуть. Степан выбирается последним и едва не гибнет. Вынырнув, он попадает не в тёплое море, а в ледяную воду, где вокруг — бойцы советского десанта, высаженного под Южной Озерейкой. Сейчас 4 февраля 1943 года, лишь несколько часов назад началась операция, что привела к созданию легендарного плацдарма «Малая Земля», сыгравшего решающую роль в освобождении Новороссийска. Сумеет ли старлей Алексеев вывести выживших морских пехотинцев из вражеского кольца, добраться до своих под Станичкой и повлиять на исход Новороссийской операции? Ведь в его времени он видел, как поисковики нашли среди останков одного из бойцов на плацдарме… его собственный перочинный нож.

====================

Пролог

Пролог Новороссийск, район пос. Мысхако, наши дни, за месяц до описываемых событий

Иссушенная летним зноем земля неохотно отдавала останки тех, кто семьдесят с лишним лет назад обильно полил ее собственной кровью. Металлодетекторы заходились заполошным разноголосым воем на каждом сантиметре, лопаты ежеминутно звякали, наткнувшись на очередной осколок снаряда или хвостовик немецкой мины — почва в районе бывшей Станички была буквально нашпигована ржавым железом. Казалось, где ни копни, куда не погрузи поисковый щуп, обязательно наткнешься на страшное свидетельство тех двухсот двадцати пяти героических дней. Встречались, хоть и не столь часто, и неразорвавшиеся боеприпасы, однако опытные следопыты прекрасно осознавали риск и знали, как себя вести в той или иной ситуации. Да и профилактические занятия, проводимые знакомыми саперами под видом выезда «на шашлыки», никто из них не прогуливал, отлично понимая, что от этого может зависеть их жизнь.

Тем не менее, Новороссийским поисковикам удалось поднять за неполную неделю Вахты почти два десятка бойцов. К сожалению, ЛОЗов[1] пока обнаружили только девять штук, прочитать из которых удалось лишь четыре. Остальные оказались или изначально не заполненными, или утратили герметичность, в результате чего вкладыш давным-давно сгнил. Впрочем, это еще не означало, что бойцы останутся неопознанными: оставалась надежда на номера наград и «подписные» личные вещи, при помощи которых порой тоже удавалось идентифицировать погибшего, вычеркнув его из скорбных списков пропавших без вести…

Сегодняшний день — предпоследний перед окончанием раскопок — начался достаточно многообещающе. Сначала зацепили верхового бойца, затем, когда стали расчищать анатомию «под кисть», поняли, что он не единственный.