ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бронетранспортёр старшего лейтенанта Степана Алексеева, комвзвода морской пехоты ЧФ, на летних учениях возле Новороссийска внезапно глохнет и начинает тонуть. Степан выбирается последним и едва не гибнет. Вынырнув, он попадает не в тёплое море, а в ледяную воду, где вокруг — бойцы советского десанта, высаженного под Южной Озерейкой. Сейчас 4 февраля 1943 года, лишь несколько часов назад началась операция, что привела к созданию легендарного плацдарма «Малая Земля», сыгравшего решающую роль в освобождении Новороссийска. Сумеет ли старлей Алексеев вывести выживших морских пехотинцев из вражеского кольца, добраться до своих под Станичкой и повлиять на исход Новороссийской операции? Ведь в его времени он видел, как поисковики нашли среди останков одного из бойцов на плацдарме… его собственный перочинный нож.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вон там, собственно, видишь, отпечаток в грунте остался? Мы ж с тобой вместе позицию с нуля вскрывали, сам видел, немародеренная она была. И перемещенка обычная, и все нижние слои в полном соответствии аж до самого материка. Никто бойцов с того времени не трогал, однозначно. Я десять лет в поиске, насмотрелся уже. Ну, чего думаешь?

— Ничего не думаю, — засопел Алексей. — Егорычу нужно показать, вот чего. И накатить по сто фронтовых, походу. Поскольку иначе мы с тобой, Серый, реально во всяких попаданцев поверим!

— Это как в том фильме, что ли? — оживился товарищ. — И в книжках всяких?

— Типа того, — буркнул поисковик, не собираясь развивать тему. — Короче, зачищай пока бойца дальше, да повнимательней, вдруг еще чего непонятного найдешь. А коль и на самом деле найдешь, так не трогай, пусть лежит, где лежало. Сейчас вернусь.

Запихнув находку в карман, Алексей выбрался из раскопа. Ерасов хихикнул в спину:

— Лех, а не боишься часом? Вдруг тебя эта штуковина в прошлое закинет? Вот споткнешься сейчас, башкой ударишься — бац! — и очнешься уже в сорок третьем на Малой Земле. Поглядят наши на твой комок бундесовский, на ботинки непонятные, да сразу к стенке и прислонят, как фрицевского шпиона.

— Пошел в задницу! — заржал Семенов, оценив шутку. — Копай, давай, копарь с десятилетним стажем! Я скоренько…

Алексей вернулся не один. Вместе с ним и легендарным командиром отряда Виктором Егоровичем (легендарным, поскольку тот не только стоял у истоков местного поискового движения, но и воевал в Афгане, привезя оттуда два ордена и оставив взамен три пальца левой руки, оторванные сработавшей при обезвреживании душманской миной-ловушкой) пришел незнакомый старлей со знаками различия морской пехоты ЧФ.

Егорыч остановился на краю раскопа и обратился к Ерасову:

— Знакомься, боец, с товарищем старшим лейтенантом! Сын моего фронтового дружка, Степка Алексеев. Сто раз пытался его к нам заманить — ни в какую. Не интересуется, понимаешь ли, нонешняя морская пехота своим героическим прошлым! А тут вдруг сам позвонил, и в гости заехал. Неожиданно, что особо приятно! Учения у них где-то в этих краях, вишь ли, намечаются! Только сели с товарищем лейтенантом чайку-кофейку попить — Лешка прибегает, чудеса какие-то рассказывает.

При этих словах стоящий рядом Семенов, не сдержавшись, фыркнул, отреагировав на этот самый «чаек-кофеек». Оно и понятно: где ж это видано, чтобы Егорыч встречал гостей безалкогольными напитками?

— Так чего случилось-то? Показывай, где ты этот ножик-то накопал? — Виктор Егорович спустился вниз, профессионально-внимательно осмотрел место находки, крякнул:

— Больше ничего странного в личном не нашел?

— Абсолютно, — пожал плечами Сергей.