ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Возможно, последняя глава боевого пути Степана Алексеева, командира морпехов, — 1943-й, Новороссийск. Морпех-3 Олег Таругин Возможно, последняя глава боевого пути Степана Алексеева, командира морпехов, — 1943-й, Новороссийск. ==================== Олег Таругин Морпех Морпех-3 Олег Таругин Морпех Морпех-3 Пролог ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ МИР. ВЕРСИЯ Новороссийск, наши дни С сомнением взглянув на чашку с чаем в своей руке, Виктор Егорович добавил: — Кстати, коль чаю не желаете, у меня и чего покрепче найдется, как раз под наш будущий разговор… Поскольку в ответ на последний вопрос поисковики дружно промолчали, обменявшись быстрыми понимающими взглядами, командир отряда лишь смущенно крякнул: — Ну, на нет и суда нет, как говорится! А вообще правильно, товарищи бойцы! Горжусь! В вашем возрасте на крепкий алкоголь налегать категорически противопоказано, тем более по утрам. Молодцы, хорошую смену вырастил! Врачи говорят, на все внутренние органы плохо влияет, от головного мозга до, так сказать, гм, репродуктивной, понимаешь ли, системы. А врачам верить нужно, как без этого. Военные археологи молчали, с трудом сдерживая улыбки и прекрасно зная, что последует за этим. Ароматно парящая свежезаваренным чайком чашка практически бесшумно — с координацией движений и мелкой моторикой у бывшего сапера, несмотря на возраст и оторванные душманской миной пальцы, все было в полном порядке — опустилась на поверхность стола, словно военный вертолет на бетонку Баграмского аэродрома: — Ну, а я, так уж выходит, п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Аккуратно сложив исписанный чуть больше чем наполовину листок вчетверо, убрал в нагрудный карман — оставлять в сейфе не хотелось, пусть уж лучше при нем пока побудет, так оно как-то надежнее. Да и уничтожить, в случае чего, можно быстро — всех делов только скомкать да зажженную спичку поднести. Нужно будет еще и морпеха предупредить, чтобы об ЭТОМ не болтал. Поскольку дата смерти САМОГО — это вам не фунт изюму, это, знаете ли, вообще не пойми что. Да и касательно Лаврентия Павловича там тоже кое-какая информация имелась, не самая, скажем так, оптимистичная. И что со всем этим делать, он пока не решил… Скрученные в тугую скатку и перевязанные бечевкой грязнючие камуфляжные штаны с соответствующей поясняющей биркой решил пока оставить в сейфе — тут старлей прав, никакое это не доказательство. Если начнут разбираться , предъявит, уж больно там штампик на изнанке любопытный, если же нет… ну, понятно. Подняв трубку внутреннего телефона, Шохин вызвал дежурную машину. Выйдя в коридор, призывно махнул сидящему у соседней двери сержанту госбезопасности: — Саш, я на аэродром. Если наш гость проснется до моего возвращения и захочет по нужде или умыться там, проводишь. За старлея отвечаешь головой. Во всех смыслах. — Так точно, — торопливо вскочив, кивнул тот. — А во всех смыслах — это как? — Это так, — отрезал Шохин. — Пусть сидит и ждет меня. Все перемещения по зданию — исключительно в твоем присутствии. Только не перегибай, парень он резкий, еще и контуженый, почти неделю по фашистским тылам со своими разведчиками бегал, может и кулаками начать махать. И шансов у тебя при этом, честно скажу, не шибко много. Так что помягче с ним, иначе осерчаю. Больше не глядя на озадаченного странным, а где-то даже и противоречивым приказом подчиненного, Сергей завернул за угол, без стука заглянув в кабинет, где временно квартировали осназовцы. Кивнул лейтенанту Лапкину: — Леха, на два слова. Вольно, товарищи бойцы, я не по вашу душу. Отдыхайте. — Слушаю, тарщ капитан? — Одевайся, едем на аэродром. — Оружие, экипировка? — не проявив не малейшего удивления, уточнил лейтенант, скрывая зевок — легли бойцы поздно, весь вчерашний день помогая разбирать завалы в разгромленных взрывной волной кабинетах и забивая досками и фанерой выбитые окна — хозяйничали, одним словом. — По-полной. Летишь в Москву с грузом, насколько помню, ночью как раз самолет прибыл, на нем и отправишься. Все подробности позже. У тебя три минуты. Хватит? — Нормально, успею. Ребят поднимать? Или сам? — Сам. Собирайся, жду внизу… Осназовец появился спустя две с половиной минуты — как раз и машина подъехала.