— Это за заказом! — прежде чем ответить мне, крикнула мужчине Угорская. После чего досадливо поджав губы, уже вновь посмотрела на меня. — Да, Роман Сергеевич, к сожалению, сейчас я… немного занята. Ваш костюм готов. Он вам срочно нужен? Было бы неплохо провести примерку, — тут же пояснила она, — прежде чем вы заберете его.
— Тогда я заеду к вам… — сделал я паузу, позволяя женщине самой назначить время.
— После обеда, — облегченно улыбнувшись, кивнула она.
Попрощавшись с Маргаритой, я вернулся в тарантас. Мда. Неудобно получилось. Ну, ничего не поделаешь.
— Вот теперь — к Зубовым, — скомандовал я Митрофану.
А ведь так хотелось встретить тетушку в новом костюме! Удивить ее своим видом. Что поделать, я похоже все больше вхожу в роль этакого «эпатирующего публику» человека. В приятном плане все же надеюсь, а не как скоморох какой-нибудь.
Тетя тоже еще из кровати не выползла. Встретивший меня на входе Архип предупредил, что госпожа изволит еще почивать. Ну да, вчера же суббота была — очередное выступление ее театра. Но уже скоро она начнет ставить новую постановку и тогда на месяц выступления прекратятся. Зато Владимир Михайлович был дома и уже на ногах. Вот с ним я и пообщался, попутно похваставшись новыми картинами. Они получились разного размера — первая примерно формата А3, если использовать термины будущего. Вторая с птичкой — маленькая, с обычный лист бумаги. А вот последняя — в пол моего роста. И она произвела на отставного офицера самое большое впечатление.
— Как бы София не приревновала тебя к Повелецкой, — посмеялся в усы мужчина. — Такие картины для ее соперницы рисуешь!
— Так ведь не задаром, — развел я руками. — Ну и пробую новые «жанры» в рисовании. А то скучно одни лишь портреты писать.
— Творческая натура не дает покоя, — понимающе покивал Владимир Михайлович. — Ты только сразу Валерии Павловне эти картины не неси. Дождись, пока Софья встанет, и ей покажи. А то иначе — точно обидится.
— И не думал по-иному делать, — успокоил я мужчину.
Вообще я конечно немного боялся, что тетушка приревнует меня к Повелецкой. Что для той я вон какие необычные картины написал, а для нее — лишь простой портрет. Но тут я оказался неправ. За меня и мой талант тетя радовалась больше, чем думала о более красивой картине для соперницы. В который раз убеждаюсь, что повезло мне с ней.
Пообедав, я снова отправился к Маргарите Игоревне. В этот раз она встретила меня в платье, спокойно впустила за порог, и даже чай к моему приходу уже был у нее готов.
— Еще раз извиняюсь за утреннее вторжение, — сказал я, попивая горячий напиток.
— Пустое, — отмахнулась она. — Я больше переживаю, что ваш костюм будет вам не в пору. А то с каждым визитом вы словно раздаетесь вширь в плечах на пару пальцев.






