ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». Искупление Андрей Панченко Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». ==================== Глава 1 Глава 1 На пятый или шестой день, когда температура впервые почти сутки держалась ниже тридцати восьми и мне разрешили ненадолго садиться в постели, в палату вошли трое. Двое были в обычной полевой форме без видимых знаков различия, третий — в лёгком гражданском костюме, совершенно не подходившем для луандской жары. Старший, сухой мужчина лет сорока пяти с коротко остриженными седыми висками, остановился возле кровати и достал из нагрудного кармана удостоверение. — Подполковник Климов, Особый отдел аппарата Главного военного советника. Удостоверение он раскрыл всего на несколько секунд, однако мне хватило времени разглядеть фотографию, фамилию и красную печать. Он указал на второго военного, оставшегося у двери. — Капитан Серов. Затем повернулся к человеку в костюме. — Майор юстиции Лебедев, военная прокуратура. Лебедев положил на прикроватную тумбочку тонкую папку, вынул блокнот и сел на второй стул. Климов придвинул к кровати первый. Медсестра, которая как раз меняла флакон с раствор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сначала заметил движение травы, потом тёмную фигуру. Мужчина шёл медленно, почти бесшумно. Автомат держал у плеча. Каждые несколько шагов останавливался и смотрел под ноги. Следопыт. За ним метров через двадцать появился второй. Других я пока не видел.

Первый дошёл до ложбины и замер, нагнулся. Нашёл мой след. Я почувствовал, как ладони начинают потеть. Он сделал шаг. Ещё один. Потом резко остановился. Чёрт. Увидел. Теперь вопрос только в том, сколько времени им потребуется. Будут они обезвреживать гранату, или просто осмотрят и обойдут.

Мужчина осторожно приблизился. Затем отступил, что-то показал второму. Тот подошёл ближе. Вот теперь пора.

Я навёл автомат. Расстояние метров сто двадцать. Плохое для ночной стрельбы, но вполне рабочее. Короткая очередь. Вспышки на мгновение ослепили. Оба коммандос мгновенно упали, да вот только первый, в которого я и целился упал вперед, как раз на обнаруженную им растяжку. Через секунду ложбину разорвал взрыв.

Я не стал смотреть, что получилось. Поднялся и побежал, а за спиной почти сразу открыли огонь. Пули прошли выше. Значит, кто-то из них остался цел, а может, стреляли те, кого я вообще не видел.

Теперь преследователи получили самое важное сообщение. Я не просто убегаю. Я могу остановиться и ждать. После этого быстро ходить по моему следу станет значительно труднее.

Следующие полчаса я двигался почти без остановок. Стрельба позади прекратилась. Я снова остановился и прислушался. Ничего. Только птицы начали подавать первые голоса. Небо стало серым. Рассвет. Я залез на небольшой холм и впервые смог нормально осмотреться.

Местность вокруг была однообразная до отвращения: савана, редкие деревья, кустарник, сухие русла. Никаких ориентиров. Но вдали, на востоке, поднималась цепочка невысоких холмов. Я запомнил их ещё вчера во время перехода. Если память мне не изменяет, правительственные позиции должны находиться примерно за ними. Наверное… У меня всё сейчас «наверное». Наверно там свои, наверно оторвался от преследования, наверно всё делаю правильно… Наверное — это очень хорошее слово, когда за тобой гонятся люди с автоматами.

Я достал флягу. Воды оставалось чуть больше половины, зато вторая была почти полной. Пока терпимо. С едой хуже. В рюкзаке Йохана нашлась пачка сухого печенья, банка рыбных консервов и две плитки какого-то армейского шоколада. На день хватит, на два — уже нет.

Я сел возле дерева и позволил себе отдыхать ровно пять минут. Ноги гудели. Плечо болело от ремня автомата, хотя, казалось бы, южноафриканская машинка была меньше и легче АКМС. После стрельбы из «Браунинга» до сих пор звенело в ушах. Хотелось лечь и уснуть, но вместо этого я смотрел назад.

Следопытов не было видно. Это означало одно из двух.