ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В прошлом существовании я блистал на операционном столе. Здесь же я — Илья Разумовский, безродный ученик-лекарь, без единой монеты и с крупицей магии, закинутый в иную Российскую Империю, где врачи вершат невозможное силой «Искры». Моё преимущество — это навыки из прежней жизни да редкая способность «Сонар». И ещё нахальный говорящий бурундук, мой фамильяр, который уверовал, что я его избранник. Да, я пашу на карете «скорой» с коллегой, который пьёт, и познал на своей шкуре косые взгляды и подковёрные игры сослуживцев. Но шанс начать заново выпадает раз в жизни, и я не упущу его! Лекарь — это судьба, а не ступень в Гильдии Целителей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За девять столетий моего служения в этих стенах я наблюдал тысячи безрассудных поступков, но похищение пэра Англии из собственного реанимационного бокса претендует на первое место.

— Принимаю это как комплимент, — ответил я, проверяя, надёжно ли закреплён портативный пульсоксиметр.

— Это не комплимент. Это констатация диагноза.

— Артур, — я обернулся к Пендлтону. — Маршрут. Технический коридор между корпусами, как мы договаривались. Покажи на карте.

Артур побледнел. Он уже смотрел в планшет с планом госпиталя, и выражение его лица мне категорически не понравилось.

— Технический коридор закрыт, — сказал он, и голос его звучал так, словно он зачитывал приговор. — Профилактика вентиляционной системы. С девяти утра и до полудня. Там сейчас бригада инженеров и перекрыт проход.

Я выругался. Мысленно, но Фырк на плече хмыкнул, значит, услышал.

— Альтернативный маршрут?

— Через подвальный уровень — нет. Там хранилище фармацевтических отходов, доступ только по биометрии заведующего фармблоком. Через восточное крыло — нет. Там ремонт, коридор перекрыт лесами. Остаётся… — Артур поднял на меня глаза, и в них я прочитал то, что он собирался сказать, ещё до того, как он открыл рот.

— Центральная галерея, — закончил я за него.

— Центральная галерея первого этажа, — подтвердил Артур, и каждое слово падало, как камень в колодец. — Прямо мимо поста охраны Ордена.

Я посмотрел на Кромвеля. На мониторы, которые мы только что отключили. На пустую кровать, которую утренняя смена обнаружит через пару часов. Потом на Ордынскую — она стояла с планшетом, спокойная, готовая.

Десять минут. Чилтон сказал — десять минут. Машина уже в пути.

— Едем через галерею, — сказал я. — Вперёд.

Центральная галерея Госпиталя Святого Варфоломея с утра была похожа на вокзал.

Широкий, ярко освещённый холл с высокими арочными потолками и мраморным полом, по которому стучали десятки подошв. Врачи в белых халатах, медсёстры в цветных скрабах, санитары с каталками, родственники пациентов с букетами и растерянными лицами, административный персонал с бейджами и папками.

Утренняя смена только что заступила на дежурство, ночная ещё не разошлась, и два потока смешивались в холле, создавая управляемый хаос, в котором каждый знал свою роль и никто не обращал внимания на чужую.

Идеальная среда для маскировки. Ещё одна каталка среди десятков каталок, ещё один пациент среди сотен пациентов. Невидимость через обыденность.

Артур шёл впереди. Спина прямая, лицо каменное, взгляд устремлён вперёд. Он выглядел именно так, как должен выглядеть дежурный врач, сопровождающий экстренную транспортировку: сосредоточенно, деловито, чуть раздражённо. Идеальная маска, и я снова мысленно поставил ему плюс за актёрское мастерство.