ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Троюродная бабка отдала концы, а на моей коже появился странный рисунок. Мир вокруг перестал быть прежним: я увидел то, что скрыто от других. Домовые, кикиморы, лешие, упыри, ведьмы и волколаки — лишь немногое из встреченного мной. Я способен идти по кромке — черте между миром живых и мёртвых. Плюс ко всему, где-то ждёт своего часа сильный враг, виновный в смерти жены. Всё пошло с этой самой смерти. Кромешник. Том – 4 Демьян Копьев Троюродная бабка отдала концы, а на моей коже появился странный рисунок. Мир вокруг перестал быть прежним: я увидел то, что скрыто от других. Домовые, кикиморы, лешие, упыри, ведьмы и волколаки — лишь немногое из встреченного мной. Я способен идти по кромке — черте между миром живых и мёртвых. Плюс ко всему, где-то ждёт своего часа сильный враг, виновный в смерти жены. Всё пошло с этой самой смерти. ==================== Глава 1 От автора Глава 1 От автора Друзья, Всем Здравствуйте! Ну, вот, наконец, мы и добрались до четвёртого тома. Спасибо всем, кто остался с героями книги и терпеливо ждал проду или не очень терпеливо)) Я вроде как вошёл в ритм, поэтому проды будут выходить чаще и станут немного объёмнее. Выкладка начнётся со следующей недели. Поддержите пожалуйста лайками, добавлениями в библиотеку и комментами. А пока ждёте главы, приглашаю вас на мои законченные циклы: Колдун поневоле : городское фэнтези, мистика. Аннотация: Жил, учился, женился, развелся… Все как у всех — да не все, особенно в последнее время: то ли я сошел с ума, то ли у мен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы прошли уже с половину пути до того места, из которого я планировал выйти в Явь, когда деревья впереди расступились, и тропа вывела нас на небольшую опушку. Я замер, вскинув руку, останавливая спутников.

Посреди опушки стоял обычный на вид колодец из серого камня, с покосившимся деревянным навесом. Только вот я точно знал, что минуту назад его здесь не было. Кромка редко подкидывала такие сюрпризы без причины.

— Что это? — прошептала Марта, вцепившись в мой локоть крепче.

— Не знаю, — ответил честно, — Но мы к нему не пойдём, обходим слева, держитесь ближе ко мне.

Однако, стоило нам сделать шаг в сторону, как из глубины колодца донёсся тихий, детский плач.

Марта вздрогнула и рванулась было вперёд, но я успел ухватить её за плечо.

— Стой! — рявкнул я, — Это морок или призрак, или ещё какая-нибудь гадость, там нет ребёнка.

— Но плач… — Ведьма растерянно посмотрела в сторону колодца.

— Не верь ничему, что видишь и слышишь, идём скорее.

Плач становился всё жалобнее, переходя в надрывный вой. Кузьма зажал уши ладошками и заскулил. Сергей стиснул зубы. Марта побледнела, ухватившись за меня сильнее. Я потянул всех за собой, обходя колодец по широкой дуге, не сводя с него глаз.

И тут из колодца полезло нечто.

Длинные, тонкие, белёсые пальцы вцепились в каменный край. Следом показалась голова, вернее, то, что ею когда-то было: вытянутый череп, обтянутый серой кожей, с провалами вместо глаз и распахнутым ртом, из которого лился тот самый плач.

— Это ещё что-то за хрень? — удивился я.

— Это… — Марта отшатнулась, прячась за мою спину, — Колодезник, дух утопленника, привязанный к воде.

Тварь выбиралась медленно, её суставы хрустели и выгибались под неестественными углами. Плач резко оборвался, сменившись утробным шипением.

— Кромешник, — просипело существо, уставившись на меня пустыми глазницами, — Пришёл на Кромку и притащил с собой живых. Вкусно.

Да что же вы все схарчить-то меня пытаетесь? Не вкусный я, и мои друзья тоже.

Я перехватил посох поудобнее. Драться на Кромке с местной нежитью то ещё удовольствие, здесь они сильнее, чем в Яви, но и выбора особого не осталось. Колодезник, уже полностью выбрался наружу и перегородил тропу и присев на корточки, будто огромная белёсая жаба. Шустрый, зараза.

— Мы просто проходили мимо, — произнёс я ровно, — Не трогай нас, и я не трону тебя.

— Здесь проходят только мёртвые, — прошипела тварь, — но я сделаю исключение, отдай мне ведьму, и я пропущу остальных.

— Пошёл ты, урод, подавиться не боишься? — рявкнула Марта.

— Смелая, вкусная, хороший обед выйдет, — колодезник высунул длинный язык и облизал им половину белёсого лица, с которого сразу же закапали слюни.

Фу, гадость.

Тварь прыгнула, неожиданно быстро для своего нескладного тела.