— Ты б не мог сказать, когда его превосходительство вернется?
Она сунула ему полтину.
— В шесть часов, — сообщил лакей, взяв монету. — Как обычно.
— Он воротился из похода? — обрадовалась Юлия.
— Так, вроде, не ходил, — пожал лакей плечами. — В адмиралтействе они пребывают. Каждый день туда ездят.
— Благодарю, любезный, — сказала Юлия, повернулась и ушла.
На обратном пути она пыталась собрать растрепанные мысли. Николай соврал ей — его отец не уезжал. Все это время жил в Петербурге, ходил на службу и встречался с сыном. Значит… Это предстояло выяснить, чем Юлия и решила заняться. С Николаем у нее встреча вечером в ресторане гостиницы. Собирались пообедать, а потом окунуться в развлечения. Вот и поговорят…
В назначенное время Юлия спустилась в ресторан и вошла в зал. Николай и Васильчиков уже были здесь — сидели за столиком у окна, спиной к входу. Графу Юлия не удивилась — он частенько составлял им компанию. Но сейчас он лишний, надо будет попросить удалиться. Юлия пошла к столику, но в последний миг ее что-то толкнуло, и она, подойдя, встала за пальмой в кадке в двух шагах от увлеченных разговором друзей. Они ее не видели, а она их — хорошо. И еще отлично слышала.
— Ты что-то долго возишься, — говорил Васильчиков. — Две недели в Петербурге, а еще в постель не затащил.
— Провинциалка, — хмыкнул Николай. — Нравы там у них… Ничего, дай срок.
— Какой?
— Деньги у нее пока есть, пускай покочевряжится. Тебе-то разве плохо? Пьем и веселимся за ее счет.
Он хохотнул. Юлия сдержала готовый сорваться с губ возглас.
— Вдруг узнает о твоем батюшке?
— Не догадается, — не согласился князь. — Она мне верит. Это не петербургские девицы. Но ты тоже помоги: скажи, что батюшка в походе задержался. Дескать, слышал от знакомых.
— При одном условии, — сказал Васильчиков. — Ты позволишь насладиться ее прелестями.
— После того, как сам натешусь, — согласился Николай. — Тогда — сколько хочешь.
— Она не станет возражать?
— Так деваться будет некуда, — успокоил князь. — Одна, без денег в Петербурге… Или соглашайся, или на панель.
Оба засмеялись. Юлия повернулась и пошла прочь. Она не помнила, как поднялась на свой этаж и вошла в номер. Там, зарыдав, села в кресло. Истерика продолжалась несколько минут. Наконец, она встала и прошла в ванную, где умылась и рассмотрела себя в зеркало.
— Значит, на панель? — спросила свое отражение. — Ах, ты, сволочь! Ну, я тебе!..
Она вернулась в номер и достала из сумочки револьвер — тот самый, подарок жениха. Повертела коротыш в руках и бросила обратно. Порыв, возникший в ванной, не имел смысла. Убить князя не получится: Николай как-то похвалился, что Осененных пули не берут. Он продолжит жить и радоваться, а ее ждет каторга, поражение в правах и нищета. Что же делать?
В дверь энергично постучали.






