Иначе шансов выжить вообще никаких.
Антон лишь пожал плечами, зажмурился, чтобы не выдать наше местоположение раньше времени, и в слепую сделал несколько шагов на звук, издаваемый бегающим по «загону» пауком. Совсем бесшабашный хлопец. Ему бы бороду лопатой, дробовик, ну и ноги отрубить по колени, чтобы рост уменьшить — вылитый гном был бы.
Теперь всё — назад дороги нет.
— Три! — громко выкрикнул я, начиная отсчёт.
Высунулся из-за укрытия, уже на бегу вынул из татуировки под рукавом клинок, перехватил рукоять обратным хватом. Мощно набрал разбег.
— Два!
Антон удачно угадал направление, упав на колено как-раз между мной и пауком. Скелет с вожделением осклабился, уловив мой прямой взгляд. Если ты видишь Тьму — Тьма начинает видеть тебя.
— Вот и ты! — челюсти черепа клацнули, паук припал на лапы, заставив скелет неестественно выгнуться.
— Раз! — отталкиваюсь от потрескавшегося асфальта.
Ноги опёрлись о спину напарника и в тот же миг я выкрикнул:
— Давай!
Антон резко выпрямился, помогая мне подпрыгнуть повыше, не выдержал моего веса и упал обратно на колени. Но даже этого импульса хватило, чтобы я взмыл достаточно высоко. Монстр на мгновение замер, то ли не понимая что происходит, то ли офигев от нашей наглости.
Я пару раз взмахнул руками, выравнивая полёт. И распанахал мечом штанину на брюках. Хорошо хоть не ногу.
В какой-то момент показалось, что не допрыгну — далековато. Но паук зачем-то подался немного вперёд, решив поскорее добраться до добычи. И я упал точнёхонько на его овальное тело, с силой вонзив клинок в беззащитную голову. Будь в моих руках обычный меч и лезвие бы лишь соскользнуло наискось по костяной пластине. Но Сакура легко прошила броню, по рукоять воткнувшись в бестолковку монстра, и выйдя из хелицер.
Многочисленные лапы разъехались в стороны, паук рухнул на пузо, а я слетел с его спины и, знатно стукнувшись плечом о мохнатый сустав, покатился по асфальту.
Встал, отряхнулся убедившись, что ничего не сломал, и заковылял к поверженному врагу. Первым делом вытащил меч и с размаху рубанул по стыку между телом и головой — шеи у паука не оказалось. Небольшая голова, всё ещё пытаясь клацать хелицерами, откатилась в сторону, и я наподдал ей ногой для ускорения.
Подошёл Антон, морщась и потирая спину уставился на лапу с человеческим скелетом.
— Этот, кажется, ещё дёргается.
Я обогнул растекающуюся под пауком лужу чёрной жижи и посмотрел, что напарник имеет в виду.
Скелет не просто насажен на лапу. Лапа словно вросла в него, одновременно являясь и конечностью и позвоночником скелета. Голые рёбра мерно вздымались, будто он тяжело дышит. Черты черепа смягчились, став более человечными, что вызвало у меня какое-то непонятное беспокойство.
— Говорил же тебе, Серый, — до боли знакомым голосом выдал скелет.






