Сейчас – какое-то чудовище…
Первые километра два в это утро он шел с тревогой, часто и неожиданно оглядывался, надеясь уловить за спиной какое-то движение, но скоро дорога увлекла его: впереди маячил Поясовой Камень – хребет «Стоящего у солнца». На вершинах и голых плато снега почти не было, но в неглубоких седловинах между ними Мамонт тонул по пояс. К полудню он выбрался на Поясовой Камень и, чтобы не терять времени, пообедал на ходу, заедая хлеб и соль снегом. Отсюда до заветного камня оставалось километров шесть. Мамонт отлично помнил путь от него ко входу в пещеры, возле которого Валькирия уронила обережный круг и Данилу-мастера достала пуля… Мамонт спешил, чтобы засветло прийти к этому месту и отыскать лаз в пещеру: только этим путем Карна может выходить на поверхность…
Главный хребет оказался почище, выдутый ветрами снег лежал под скалами, между камнями, а по всему плато виднелась щебенистая залысина, похожая на суетливую тропинку. Мамонт перевалил на восточную сторону хребта и отыскал взглядом заповедный камень-останец со знаком жизни. Несколько правее и чуть выше его начинался развал крупных глыб, среди которых и был вход в пещеру. Солнце стояло уже на уровне с вершиной хребта, через час в сибирском склоне начнутся сумерки… Он направился прямо к развалу, утопая в снегу, – прыгать по камням было опасно. И тут вспомнил, что где-то позади за ним идет это человекообразное существо, по всей видимости, ориентируясь по следам Мамонта. А он сейчас пробуравливал в снегу глубокую тропу, тем самым выдавая вход.
Все повторялось!
Мамонт затаился в камнях и долго прислушивался, осматривая гребень хребта, ярко освещенного солнцем. Даже крошечный предмет сейчас бросал длинную тень, и любое движение немедленно бы отрисовалось на склоне, как на гигантском экране. Прошло минут пятнадцать, снежный человек не появлялся, лишь ветер гнал поземку, сдувая с плато остатки снега.
Внезапно безмолвие нарушилось криком, словно кто-то пробовал голос:
– Ва!..
Эхо взметнулось над головой и унеслось к границе леса. Забыв обо всем, Мамонт выскочил из засады и сдернул шапку.
– Ва! Ва! Ва! – всколыхнулась тишина плачущим голосом.
– Карна, – прошептал он и вдруг увидел, что у заповедного камня поднимается в небо мятущийся столб дыма.
От предчувствия, что она рядом, затрепетала душа и ознобило спину. Не разбирая дороги, Мамонт побежал по склону, засмеялся, закричал на ходу:
– Валькирия! Карна!
– Ва-ва-ва!.. – откликнулась она радостным криком. В этот миг свет переломился, солнце пало за кромку хребта, и восточный склон погрузился в голубые сумерки. Но Мамонт заметил, как от заповедного камня навстречу ему, едва касаясь снежных застругов, летит стремительная, легкая фигурка.






