ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. Три дня Индиго Сергей Лукьяненко Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. ==================== Часть первая. Глава 1 Часть первая. Глава 1 Глава первая Обычно я на ночь плотно задёргиваю шторы. Не люблю, когда лунное кольцо светит в глаза. Но эта ночь была слишком хорошей. Дождь прошёл и кончился к полудню: тёплый дождь в последний день марта. Воздух был в самую меру прохладным, так, чтобы можно было всю ночь лежать без одеяла и лишь под утро укрыться. Поэтому я оставил окно распахнутым, смотрел на потолок, где бегали тени от фонарей, слышал редкий гул машин, шаги и голоса запоздавших прохожих. И разговаривал с Дариной. — К нам сегодня привезли девочку, — рассказывала она. — Большая уже, четырнадцать лет. Спрыгнула с балкона пятого этажа, вся поломалась. Я поморщился, спросил: — Дурында. Из-за несчастной любви, конечно? — Нет. Чтобы стать Изменённой. Мне кажется, её могли и люди вылечить, позвоночник цел. Но родители не выдержали, привезли к нам. — Такую взрослую? — Мы берём и в этом возрасте. Если иного выхода нет. А она сказала, что спрыгнет снова или выпьет отраву, если её не возьмут. — Взяли? — Да. — И… что? — Пока жива. Дня через два будет ясно, как сработал мутаген. — А ты уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Продавец как-то сказал, что они лишь на первый взгляд человекоподобны. Что он даже не гуманоид (хотя как это возможно, ведь гуманоид — это как раз существо, внешне напоминающее человека). Но похож он на человека или нет, красная у него кровь или зелёная, млекопитающее он или рептилия — ковыряться в мёртвом теле я не хотел.

Что ж, значит и впрямь — Елена… и Милана.

— Я не ревную, — напомнила Дарина.

— А зачем деда Борю, Василия, Виталия? — быстро сменил я тему.

— Сам решай, — сказала Дарина. — Но мне кажется, они очень обидятся, если ты их не позовёшь.

— Обидятся, — признал я.

Приняв решение, Дарина больше не пыталась меня отговорить. Сев по-турецки, она упёрлась руками в матрас, посмотрела в стену. Глаза её затуманились, их сиреневый свет померк, только зрачок бился, будто она невероятно быстро считывала что-то с невидимого мне экрана.

С ней сейчас было Гнездо. Жница общалась с ним, запрашивая и получая информацию с невозможной для меня скоростью и свободой. Я сидел тихо, смотрел на неё и боялся прикоснуться, чтобы не вывести из транса.

Обычно Изменённые не показывают чужим такие штуки. Но я чужим не был.

— Ничего… — выдохнула Дарина, обмякнув. — Информации по Продавцам очень мало, в основном — запросы и получение мутагенов и прочих товаров. Что-то есть для уровня хранителя и матери, но тоже немного. Информации по уязвимости, силе, происхождению, характеру отношений с Инсеками и людьми вообще нет.

Она виновато глянула на меня.

— Я ведь даже не знала, что Продавцы помогли Инсекам захватить Землю.

— Инсеку, — поправил я.

— Вот видишь. И этого я не знала! Я только жница. Учу куколок, помогаю в Гнезде. Может быть… если я пройду до хранителя…

Она не закончила.

— Нет! — сказал я. — А если я не справлюсь, и мы не получим возвратный мутаген?

— Если я стану хранителем, то могу и не захотеть вернуться, — тихо ответила Дарина. — Дело ведь не в том, что у меня глаза сделаются как у вареной рыбы. У меня в голове тоже всё переварится. Гнездо будет главным и единственным.

Я не стал спрашивать, но она ответила на незаданный вопрос.

— Сейчас главное — это ты.

Взяв её за руку, я погладил пальцы. Кожа у жниц очень гладкая, будто тефлон. Но я привык. Мне даже нравится.

— Если бы у нас была стратег… — прошептала Дарина. — Даже идти бы никуда не понадобилось! Она бы подумала и сказала, кто убийца…

Но стратега на Земле больше не было. Высший увёл её с собой — и тем самым остановил надвигающуюся катастрофу. Мы были в шаге от нового Армагеддона, но тот не случился.

Я осторожно погладил жницу по спине, по обтягивающему комбинезону. Ткань мягко разошлась под пальцами, я коснулся кожи — такой же гладкой, но тёплой.

— Максим! — строго произнесла Дарина.

Но мы оба знали, что если бы она не хотела, то комбинезон бы не раскрылся.