Пока их работу (уж не знаю, в чём именно она заключалась) выполняло Гнездо. А ещё Гнезду нравилось, что прошедший день был солнечным и сухим. Внутри Гнезда всегда влажно, но солнечный свет снаружи ему приятен.
Я внимательно выслушал Гнездо. Мне кажется, ему нравилось поговорить вот просто так, не с Изменённым, а с человеком.
Потом я попросил проводить меня к Дарине и тут же понял, куда идти.
На самом деле она была в своей комнате. Большинство жниц любят уединение, у них есть какие-то комнаты, где раньше сидели люди, занимающиеся культурой.
Без остановки я, впрочем, к Дарине не дошёл. На полпути на меня из коридора выскочила Наська — единственная куколка, уцелевшая при разгроме Гнезда. Молча, будто атакующий доберман, запрыгнула на меня со спины и повисла, словно рюкзак.
— А! — тихонько воскликнул я.
Наська точно так же тихо взвизгнула и от избытка чувств стукнула меня по голове. Шутя, конечно. А так куколки сильнее взрослого человека, могла бы и оглушить.
— Чего среди ночи? — требовательно спросила она.
— Дела, — сказал я, стряхивая её и оборачиваясь. Куколки одеваются как попало, паутинные костюмы, как жницы или стражи, не носят, а одеждой, по-моему, меняются совершенно свободно. Внешний вид им, в общем-то, безразличен.
Вот на Наське сейчас были зимние ботинки (ужас, в тёплом и влажном Гнезде!), шорты и толстый колючий свитер взрослого размера с горловиной (ещё раз ужас).
— Знаю я ваши дела, — заявила Наська беззастенчиво.
— А ты чего не спишь?
— Мы утром поспим немного. У нас занятия.
Я вопросительно посмотрел на неё.
— Прятки на выживание. Кого найдут последним — тот молодец.
— Приз какой-нибудь получит?
Наська скорчила жалобное лицо.
— Да! Разрешат поесть немножко!
Поскольку я Наську знал, то на слезу меня не пробило.
— Ну беги тогда. Прячься.
— Ты жестокий и бессердечный! — заявила Наська, вытирая пальцем несуществующую слезинку. И унеслась по коридору.
Похоже, куколки и впрямь играли в прятки.
Я торопливо дошёл до комнаты Дарины, открыл дверь и проскользнул внутрь. Стучать у Изменённых было не принято.
Дарина лежала ногами к двери на матрасе, застеленном одеялом, и читала какую-то книжку. В ушах у неё были капельки наушников, рядом лежал плеер, подаренный мной неделю назад. Она очень смешно болтала в воздухе ногами в такт музыке, я невольно улыбнулся и постоял немного, глядя на неё.
Потом, как мог тихо, подкрался к ней (пол был покрыт в несколько слоёв коврами и одеялами), присел и закрыл ей ладонями глаза.
Вообще-то дурацкий поступок. Жница может убить человека голыми руками.
Но я не боялся.
— Знала, что ты придёшь, — сказала Дарина. Оттолкнула книжку, перевернулась на спину.
Я осторожно убрал ладони, посмотрел в её сиреневые глаза и поцеловал. Вынул наушники.






